Резервация разума

Ты, кстати, ночью посылал на то же самое место только один скутер. Он справился за минуту, и, насколько я обладаю информацией, большую часть времени скутер потратил на выбор нужного рюкзака. Может, и сейчас сделать то же самое? Человеческий организм не в состоянии выдержать такую скорость. А скутер может.

– Я думал об этом, – честно признался я. – Но я вытащил из оставленного оружия затворы и спрятал их под камень. Там много камней. Скутеру трудно будет искать их.

– Скутер будет держать связь с твоим шлемом и найдет нужный камень.

– А как он камень перевернет? У него же нет рук.

– У него нет рук, – согласился адмирал. – А как он вчера принес тебе мины? Как обычно, он просто телепортирует то, что найдет.

– А может он телепортировать оружие и рюкзаки отсюда? Как телепортировал майора Медведя. Человека, я думаю, телепортировать сложнее.

– Вчера разрешение на это дал Стржнан, сын Коломоссэ. Он, как начальник экспедиции, наделен таким правом. Я здесь такого права не имею. Телепортация многих предметов на большое расстояние – это громадные затраты энергии.

Боюсь, после вчерашнего энергетическая установка еще не смогла полностью восстановиться. Телепортация всегда зависит напрямую от расстояния. Попробовать можно, но намного проще использовать скутер. Выигрыш во времени будет незначительным.

– Хорошо, – согласился я. – Я схожу к своему скутеру и попробую с ним догово-риться.

– Ты можешь договориться с ним, не сходя с места. Просто через шлем…

* * *

Я все никак не мог привыкнуть к своим новым возможностям.

Всю предыдущую жизнь прожил без этих возможностей, а тут – сразу… Непривычно…

Но ими просто следовало пользоваться чаще, чтобы привыкнуть. Потому что они превосходили все, чтобы было доступно раньше. Раньше все достигалось большим трудом после тяжелейших занятий. Теперь это было проще. Следовало только сконцентрироваться на какой-то мысли. А иногда даже концентрироваться не приходилось, потому что шлем все мысли читал и все делал сам еще до того, как я успевал мысль сформулировать.

Я поправил на голове шлем, снова пару секунд формулировал в голове командную фразу, стараясь сделать ее доходчивее и яснее, а когда сформулировал, увидел, как в грот входит старший сержант Камнеломов, почему-то отказавшийся от разговоров по внутренней связи и решивший обратиться ко мне лично, хотя отлично умел включать коммуникатор «Стрелец» на индивидуальный разговор хоть с командиром, хоть с кем-то из бойцов взвода.