Резервация разума

Ваши скутеры засечены РЛС. Мне оттуда передали шифротелеграмму. Правда, переговоров не слышно. Должно быть, между машинами нет связи. На РЛС их приняли за беспилотники, передали данные в Москву и готовят приборы РЭБ для принудительной жесткой посадки. А жесткая посадка в наших горах – дело опасное. Какие-то меры принимать будешь?

– Не буду…

Я уже успел задать мысленный вопрос шлему, который так и не снял с головы, и шлем ответил мне, что система земной РЭБ не в состоянии воздействовать на квантовый киберкомпьютер, управляющий скутерами.

Когда я летел, уже была, оказывается, попытка такого воздействия. Шлем просто не успел мне сообщить и даже не посчитал это важным. Попытка же не увенчалась успехом и закончилась легкой поломкой прибора воздействия.

– Почему? Не будет жалко группу, которая разобьется? – Капитан Светлаков расспрашивал меня с интересом.

– Я думаю, что из Москвы вот-вот придет команда «Отбой!». Там в курсе нашей миссии.

Тем не менее мне самому сильно хотелось, чтобы команда или опоздала, или вообще не пришла.

Мало ли что – сбой связи… Тогда и спецы по РЭБ, и пограничники поймут, с чем имеют дело, и оценят работу спецназа ГРУ. Хотя мне это было по большому счету безразлично. Я уже много раз сталкивался с подобными вещами.

Впервые это произошло, когда некий громила-омоновец пытался мне доказать, что ОМОН – это сила, а спецназ ГРУ – это так, армия, и не больше… Этого громилу потом пришлось полчаса откачивать при моем непосредственном участии.

Но похожие случаи повторялись регулярно, когда приходилось сталкиваться с теми, кто имеет усиленную боевую подготовку. Усиленная боевая подготовка все же весьма далека от подготовки спецназа ГРУ.

Особенно пытался на словах доказать свое превосходство офицер спецназа ВДВ. И даже то, что я сам отправлял из своего взвода солдат, которые у нас не справляются с физическими нагрузками, дослуживать как раз в спецназ ВДВ, не было аргументом. Дело было накануне преследования сильной банды дагестанских террористов и последующего боя.

В итоге преследования взвод спецназа ВДВ добрался до места встречи в горах с часовым опозданием. И нам пришлось дожидаться десантуру.

А итоги боя показали еще один убедительный результат. У меня во взводе только одному солдату порвало осколком обшивку бронежилета, а во взводе спецназа ВДВ были один убитый сержант и трое раненых солдат. И это при том, что мы в равных условиях выполняли схожую задачу.