Риск – это наша работа

И постарался перевести разговор в иное русло.

– Конечно, от тебя я не скрою, что и мне кое-что достанется. Когда придет время поднять голову, я не смогу сделать это без посторонней финансовой помощи. А тут помощь будет легальная. Причем я не буду вынужден расплачиваться за нее покровительством кому-то постороннему. Понимаешь, о чем я говорю?

– Понимаю…

Она всегда поддерживала стремление сына сделать карьеру. И верила, что сын сможет добиться гораздо большего, чем нынешний его пост. И стоило Шерхану заговорить о будущем, мама сразу становилась добродушной и мечтательной.

И на все была согласна. Шерхан часто пользовался этим. Именно так он и действовал, когда вынудил маму уговорить Батухана покинуть страну навсегда.

– Понимаю, Шер… Ладно, иди отдыхать. Сам говорил, что завтра у тебя тяжелый день… Я тут еще со стола уберу, потом тоже лягу.

Обычай не велел сразу после ухода гостя убирать со стола. Иначе гостю не будет в этот дом дороги. И слова мамы подчеркнули, что она больше не хочет принимать у себя старшего сына.

Она его отправила…

* * *

Шерхан ушел в спальню. И застал Гульчахру сидящей в кресле у окна.

– Не ложилась?

Он сам почувствовал, как звучит его вопрос. Словно извинения просит. Так, конечно, не надо. Так собака виновато хвостом виляет, когда ее бьет хозяин. Но поделать с собой ничего не смог. С женой он всегда разговаривал только так.

– Не ложилась.

Ее голос не предвещает ничего хорошего. Это голос сурового армейского командира, а не жены.

– Не сердись… – Шерхан всегда сам старается сгладить шероховатости в отношениях. Знает, что жена на попятную не пойдет никогда. Может месяц разговаривать сквозь зубы и отворачиваться в постели.

– Надеюсь, твой братец не остался у нас ночевать?

– Он разве оставался хотя бы раз?

– От него всего можно ждать.

– Он уезжает насовсем.

– Куда? – теперь в голосе звучит недоверие и надежда.

– В Турцию. К своей семье.

– Слава Аллаху!

Он добродушно усмехнулся.

Шерхан отлично знает, что у Гульчахры нет причин так плохо относиться к Батухану. Тем более что сам Батухан всегда относился к ней хорошо, разве что с некоторой долей равнодушия, пришедшего в ответ на неприятие его Гульчахрой. Но в первое время и она не тяготилась им. До той поры, пока он однажды не стал рассказывать ей, как заботился о нем брат после смерти отца. Как воспитывал его, как защищал и учил быть мужчиной.