Убойная позиция

Младший сержант Лаврентьев и старший сержант Колосков, имеющие «подснежники», устроились перед капитаном в расслабленных позах и разговаривать с ним по связи пока не намеревались. Оставался только прапорщик Родионов.

Самурай поднял голову, чтобы рассмотреть скалу, облюбованную снайпером. Прапорщика снизу видно не было. Да и сама скала не голая. Ветром и птицами туда нанесло семян и по каменистым склонам, и поверху. По трещинам трава растет и несколько чахлых кустиков. И кустообразный маскировочный халат прапорщика не будет смотреться на скале чужеродным, даже если кто-то и сумеет рассмотреть эту скалу, что маловероятно.

Нет здесь места, откуда простым смертным будет видно площадку, где Родионов устроился. К непростым же смертным можно отнести спортсменов-скалолазов, но спортсмены-скалолазы ищут себе для полезного времяпровождения другие горы, поскольку здесь местные жители их увлечение не понимают и не принимают и с громадным удовольствием прямо на скалах подстрелят, только момент подвернется, чтобы забрать снаряжение и провиант.

– Командир, мы не одни… – предупредил наконец сверху прапорщик.

– Кто? Сколько? Где? – задал Самурай сразу три коротких вопроса. И невольно посмотрел по сторонам. У него обзор тоже хороший был, но не такой, как у прапорщика. Все же на полста метров ниже…

– Впереди нас… Далеко, почти два километра… Тысяча девятьсот семьдесят четыре метра, если точнее… Уже спускаются… Шесть человек, боевики… Первый сильно хромает…

– Возможно, эмир Имран Саидулюкаев… – констатировал капитан.

 – Он хромой. Если не он, то просто раненый…

Прапорщик думал недолго, присматривался сквозь прицел.

– Я видел его личное дело в «отстрельном списке»… Графа: «Подлежит уничтожению в первую очередь»… Если повернется, я узнаю… Еще метров двадцать, там тропа заворачивает… Увижу профиль…

– У Саидулюкаева шрам на горле… С правой стороны… Твоя оптика позволяет это рассмотреть? Красный шрам, узкий такой и глубокий – осколком царапнуло в первую чеченскую…

– Новая оптика позволяет рассмотреть даже родинки под рубашкой и татуировки на ягодицах, если они нанесены хорошей краской… – сказал Родионов.

 – Он сейчас повернется ко мне правым боком… Еще три шага… Есть… Есть шрам. Это Имран… Плохим я буду снайпером, если не уничтожу его, как фигуранта «отстрельного списка»… Мне класс понизят, командир… И это отразится на моей зарплате… Обидно…

В голосе Родионова были просьба и предупреждение.

– Они собираются встречать нас у машины? – спросил Самурай.