Волкодавам виза не нужна

Данный факт вызвал некоторое недоумение. Ведь вахтерша сказала, что парень с рассеченной скулой уехал куда-то.

– Этот был на лестнице, товарищ полковник? – спросил Лесничий.

– Нет, Сергей Ильич. Тут левая скула рассечена, у того – правая. Да и зеленки на физиономии нет. А второй – вот он. С кастетом. – Полковник, несмотря на возраст, даже не сбил дыхание и говорил спокойно.

Он снова вытащил трубку Лесничего, набрал свой номер. Надеялся, что дверь помешала услышать звонок. Но его опять не последовало.

Победители пересчитали доллары.

Иващенко оказался неплохим математиком.

– Все правильно, – заявил он. – Один уехал. Захватил свою долю. Пятьдесят штук разделить на девять, получается пять пятьсот пятьдесят пять с мелочью.

– Скорее всего, так оно и было, – согласился полковник Селиверстов. – Как они дипломат вскрыли и не взорвались. Скажи-ка мне. Когда это происходило, ты еще двумя глазами видел.

Один из хозяев кабинета, к которому и был обращен этот вопрос, вообще сознания не терял.

– Тебе второй глаз закрыть? – Полковник легонечко замахнулся пистолетом.

Парень дернулся, потом одним глазом посмотрел по сторонам, оценивая своих компаньонов и их возможность слышать.

– Стас знал код замка, – пробубнил он.

– Где дипломат?

– Стас увез.

– Куда?

– Отдать кому-то.

– Кому? Куда поехал?

– Я не знаю.

Ствол пистолета отошел чуть назад, словно для подготовки к удару.

Парень снова зажмурился и промямлил:

– Не знаю.

Господа офицеры быстро привели в сознание еще двоих. Обыскали. У одного отобрали травматический пистолет. Если человек не умеет пользоваться оружием и не вытащил его в момент нападения, значит, оно ему и не нужно. Разве что пугать старушек, плохо подготовленных к бою.

– Куда уехал Стас? К кому?

Снова повторилась процедура оглядывания тех, кто лежал пластом без признаков жизни. Но конкретного ответа на вопрос не последовало.

– Он нам не докладывает, – буркнул один браток.

– Не знаю, – сказал второй.

Похоже было, что они и в самом деле не в курсе.

– Номер машины Стаса, марка, цвет? – потребовал Иващенко и носком своего не самого легкого башмака пошевелил челюсть одного из парней, сидящего на полу, словно рот ему раскрывал.

Тот оказался понимающим, почти душевным и отреагировал адекватно:

– «Шевроле Корвет». Цвет красный.