У судьбы на мушке

Подполковник оглянулся, посмотрел через плечо. Ствол автомата капитана Труфанова смотрел ему прямо в спину.

– Ты что, не знаешь, что Устав запрещает целиться в своего же даже из незаряженного оружия? А еще капитан… Командир роты…

Ствол моментально стал смотреть в другую сторону. А подполковник Бармалеев пополз дальше. Капитан Труфанов догнал его только в момент, когда Бармалеев сел под деревом, осмотрелся, а потом и встал во весь свой невысокий рост. Последние бойцы пятого взвода, которых Бармалеев вместе с командиром разведроты обогнали в поле, еще только доползали до «зеленки».

– Товарищ подполковник, извините за грубую шутку… – сказал Труфанов.

– Ладно… Проехали… – отмахнулся командир батальона. – Соловейчиков, произвести разведку.

– Понял, командир… – кивнул старший лейтенант и сделал знак своему взводу. – За мной!

Честно говоря, капитан Труфанов имел право обижаться на комбата и как-то пытаться проявить свои чувства.

Это подполковник понимал. Не зря подчиненная капитану рота носит название разведывательной.

И производить разведку – это дело его роты. Но Бармалеев слишком давно знает Соловейчикова, изучил его способности и доверяет ему больше, чем кому-то другому в батальоне. И потому предпочитает посылать в разведку именно старшего лейтенанта.

Соловейчиков быстро вернулся в одиночестве. Свой взвод он где-то оставил.

Бармалеев поднял подбородок, таким образом требуя доклада.

– Батарея «Градов», – коротко доложил старший лейтенант.

 – Возле каждой – транспортировочно-заряжающая машина. Экипажи «Градов» – по три человека. У транспортировочно-заряжающих машин – по двое, только у двух трое. У второй и пятой. Два отделения охраны – двадцать два бойца вместе с командирами отделений. Обедают за последней машиной. Три повара. Принесли термосы.

– Твой взвод? – требовательно спросил подполковник.

– У последней машины. Разбирают цели…

Меж тем капитан Труфанов уже разделил три взвода на две части и назначил старших в каждую из них.

– С первой группой иду я, с третьей – Труфанов. Я – рассчитываю время. Команда на огонь – взрыв последней машины. Все… Двинули…

Все произошло предельно быстро и просто. Противник, несмотря на весь свой боевой опыт, даже ничего понять не успел. Даже за машины не залегли, чего, по правде говоря, Бармалеев опасался.

Подполковник выждал время, необходимое бойцам на занятие позиций. Спросил о готовности по внутрибатальонной связи.