У судьбы на мушке

Но майору, видимо, задали встречный вопрос, и он вынужден был обратиться к подполковнику:

– Вилен Александрович, спрашивают, какое общее количество танков.

Бармалеев подошел к окну, выглянул, присмотрелся.

– Пока я вижу три танковые роты[5 - Танковая рота состоит из трех взводов, по три танка в каждом, плюс танк командира роты, итого – десять танков.]. Нет, вон четвертая показалась. Но, кажется, неполная. Мне за барханами плохо видно.

– Короче, товарищ подполковник, к нам высылают три бронеавтомобиля «Тигр» с установками и два «Корнета» на треногах.

– Когда будут?

– Уже выезжают. От них до нас добраться – семь-восемь минут… Продержимся?

– Простоим. Без разговоров… Снайперы! Начали…

В наушниках раздался залп. Но команды произвести залп не давал ни сам комбат, ни его начальник штаба. Возможно, сам залп получился случайным. В пользу этого говорил и тот факт, что выстрелы прозвучали не одновременно, а словно кто-то горсть гороха в пустое ведро бросил. Но, может быть, не все снайперы успели вовремя разобрать цели или кто-то, отключив микрофон, им скомандовал по привычке голосом.

Такая привычка, знал Бармалеев, есть у командира разведроты капитана Труфанова.

Но главное было не в этом. Главное, залп оказался удачным. Бойцы ИГИЛ шли в «коридоре», который они создали в минном поле прошлой ночью. «Коридор» был шириной метров в пятьдесят – шестьдесят. И за счет своего большого количества, а наступали «бармалеи» силами двух с половиной батальонов, вынуждены были передвигаться локоть в локоть, то есть почти толкая друг друга.

Особенно неприятно сложилась ситуация для тех, кто шел справа и слева. Время от времени они или сами по невнимательности заходили за выставленные ограничивающие «вешки», или их выталкивали более массивные соседи, и «бармалеи» наступали на мины. Те, естественно, взрывались, и взрывы активировали расположенные неподалеку другие мины, отчего происходили новые взрывы, осыпающие колонну осколками. При этом колонна коротко, но ярко освещалась, что вообще-то мешало спецназовцам качественно прицеливаться.

Но уже после первого залпа снайперов первые ряды колонны значительно поредели. А стрельба вразнобой дополнительно делала свое дело.

Стремительно темнело. Солнце на западе скрылось за горами, и колонну «бармалеев» стало почти не видно. Так всегда бывает в южных странах, где вечер обычно проходит быстро, как, впрочем, и утро. Подполковник Бармалеев вынужден был включить на своем бинокле тепловизор.