Ядовитый полигон

– ?Государственный киллер не является киллером в общепринятом смысле этого слова, – выдал Лагун не слишком тонкую сентенцию, хотя и звучала она достаточно торжественно. – Война идет не только в здешних горах. Она идет во многих местах. И такие специалисты, как вы, очень нужны для успешного ведения этой войны. Хотя не могу здесь не оговориться. Вам не всегда предстоит работать в полной «автономке». Это слово, надеюсь, вам объяснять тоже не нужно?

– ?Не нужно, – согласился я, прекрасно зная, что при работе в автономном режиме, если я вдруг провалюсь, от меня откажутся; возможно даже, что тогда я сам стану объектом ликвидации.

 – Мне другое нужно объяснить. Откуда у вас уверенность, что я соглашусь? Следаки мои большого срока мне не обещают. Они бы обещали, но доказать, что я действовал вместе с Пехлеваном, не могут, и потому я могу предстать перед судом только как объект обмана. Отсижу немного в самом худшем случае – и выйду. Стану гражданским специалистом. Не киллером, а кем-нибудь другим. Возраст позволяет мне сменить профессию. Не так все и страшно…

– ?Наивный ты, Николай Викторович, человек. Что бы ни говорили следаки, они будут просить для тебя пожизненное заключение. Оттуда побег даже теоретически невозможен. При всем нашем желании и всей нашей помощи.

Он, конечно, удивил меня таким сообщением. Но вида я постарался не подать.

– ?За что же мне такое уважение и почет? Что я такого натворил, чтобы на пожизненное тянуть? Можно это объяснить, товарищ подполковник?

Если своим лицом я владел хорошо, в чем был уверен, голос мой, видимо, все же сорвался и прозвучал с нотками горечи.

Это я прочитал в змеином взгляде подполковника Лагуна. Да и сам, конечно, почувствовал.

– ?Пехлеван для тебя постарался, – объяснил Александр Игоревич. – Он выступил в Интернете, поблагодарил тебя за сотрудничество и обещал помочь тебе выбраться с зоны любым способом, даже силой, которая у него есть. И пообещал, что твоя доля драгоценностей тебя дожидается. Это он так желает подчеркнуть свою порядочность и потопить тебя – ведь у него нет причин хорошо к тебе относиться… Но это наше мнение.

А у присяжных заседателей и у судей мнение может быть собственное, и пожизненное заключение тебе светит, как солнышко из утреннего тумана. Ты готов к такому повороту событий?…

– ?Прямо сейчас, что ли, сбежать? – в сердцах сказал я чуть задумчиво, но вовсе не мечтательно.

– ?Прямо сейчас, мне кажется, не стоит, – прокомментировал Александр Игоревич мое желание.