Специальный рейд

– Он персонально отвечает за всех женщин-смертниц. Можно сказать, что командир батальона. Его у нас теперь так и зовут – «черный комбат». Раньше Умар в Москву не ездил. Только дома разрабатывал операцию, а кто-то уже здесь корректировал ее и контролировал выполнение. Если поехал сам Умар, это должно быть что-то масштабное.

Александр откинулся на спинку стула.

– Это я помню. Почему ты не рассказал об этом генералу?

– Какому?

– В кабинете которого мы беседуем. Генерал Астахов Владимир Васильевич.

– Этот, в штатском?

– Да.

– Я в первый раз его вижу. Со мной разговаривал сначала какой-то капитан. Потом старший лейтенант. Их совершенно не интересовал мой пистолет. Они пытались заставить меня признаться, что это я вез груз взрывчатки в поезде. Странно только, что не били. Но врач меня уже осматривал. Думаю, хотели применить спецсредства.

– Обстановка такая, что могли бы и применить... – задумался Басаргин. – Что нам делать с тобой?

– Меня посадят за ношение оружия.

Больше мне ничего не грозит. И «грохнут» в первую же неделю... Туда «малява»[6 - Малява (уголовн. жаргон) – письмо, переданное тайно в ИТУ или оттуда.] дойдет быстро. А боевики на «зоне» в авторитетах ходят.

– Ты, я чувствую, рад этому несказанно?

– Что мне остается делать? Я уже давно не мент и могу рассчитывать, как ты понимаешь, только на общий режим. Что меня там ждет, я представляю реально.

– Ладно, – встал Басаргин. – Будем думать. Ты, кстати, не против возможности вернуться на службу? Только не на прежнюю, а чуть-чуть на иную.

Где я буду твоим начальником.

– Не против, товарищ капитан.

– Теперь я капитан запаса...

– Ты уже здесь не служишь?

– Нет. Потому меня так долго и искали. Тебя где содержат?

– Здесь же, в подвале. Мне еще обвинение не предъявили, чтобы в изолятор отправить.

– Тогда потерпи...

Басаргин подошел к двери и распахнул ее. Генерал Астахов беседовал в коридоре с двумя офицерами.

– Мы поговорили, товарищ генерал.

..

Астахов сделал знак прапорщику. Тот зашел в кабинет и вывел задержанного, снова защелкнув ему за спиной руки наручниками. Зураб посмотрел на Басаргина долгим взглядом.

– Если что, не забудь про Зарему с Арчи, – он не напоминал, он просил с тоской в голосе и в глазах.

– Я не забуду, – пообещал Александр.

Хошиева увели. В конце коридора к первому присоединился и второй прапорщик.

Генерал с Басаргиным вернулись в кабинет. Сели на прежние места.