Закон ответного удара

Но те времена быстро прошли, и начались новые – новая борьба за власть, новый дележ пирога…

Самому Игорю не раз приходилось ловить на себе заинтересованные взгляды, чувствовать слежку, проверку. Иногда телефон начинал работать со странностями, издавая характерные звуки, выдающие прослушивание. Но всегда обходилось без эксцессов. Он знал в такие моменты, что где-то что-то происходит, кто-то кому-то готовит очередную порцию гадости. И его, как потенциального подозреваемого, проверяют на причастность. Вылавливают в это время «занятых» в мероприятии людей.

И знают приблизительный круг тех, кто может быть «занят». Но «занят» по-настоящему Согрин оказался только в этот раз. И сразу почувствовал жесткое давление, прессинг. И связано это со смертью Шурика Кордебалета. Если бы что-то другое произошло, возможно, Игорь и сам действовал бы мягче. Все-таки на своей территории вести военные действия… Это не совсем привычно. Это даже несколько шокирует и заставляет чувствовать собственную ущемленность. Смерть товарища, такая нежданная смерть… Она во многом подтолкнула его, ожесточила и заставила задуматься.

Просто так, ни с того ни с сего не умирают в сумасшедшем доме боевые и проверенные офицеры спецназа армейской разведки…

Своя территория…

А сколько до этого пройдено маршрутов по территории чужой, сколько там оставлено пустых гильз и еще много, много, много чего и кого…

* * *

Начало пути лежало через непродолжительную гряду каменистых бурых холмов.

Капитан Тан все-таки пошел первым.

И Игорь не воспротивился этому. А иначе вообще зачем группе проводник? Только чтобы начальству на группу «стучать»? И уже в самом начале марша вьетнамец показал, что он хорошо знает местные условия и приемы работы противника.

– Вот, – показал он на лежащую поперек тропы лиану… – Смотрите…

В лиане не было внешне ничего необычного. Сколько таких уже попадалось на непродолжительном пути.

– Ну? – ожидая продолжения, спросил Согрин несколько напряженно, как и бывает обычно в первые часы нахождения во вражеском тылу.

– Это чама-тай, – пояснил капитан. – Она не растет так прямо. Она должна извиваться, как спираль…

– И? – Согрин оставался по-прежнему немногословным, как и положено в боевой обстановке дальнего рейда. Кроме того, недоверие к вьетнамцу все еще не прошло окончательно. Вспомнилось, как Тан на прощание переглянулся с очкастым незнакомцем после инструктажа. И взгляд этот показал, что они неплохо и давно знакомы.