Кадук

Мать слышала, как она в своей комнате плакала и прощения просила, а зайти к дочке боялась. Говорит, страх такой, будто не одна она в комнате, пытается к дверной ручке потянуться, чтобы дочь успокоить, но сила какая-то не даёт ей это сделать, руки трястись начинают и сознание мутнеет…

Внезапно лошадь фыркнула и взволнованно заржала.

– Нечистое почуяла, – старик приподнялся и успокаивающе погладил её. Лошадь резко остановилась и напряженно всматривалась в чащу.

– Дениска, ну-ка, спрыгни с воза на всякий случай.

Только далеко не отходи, что бы ни случилось. Я пока кобылу успокою, а то если понесёт – двоих нас погубит.

Степаныч поглаживал дрожащее от страха животное.

– Тихо, милая, тихо, – ласково приговаривал он. – Вот знал же, что нельзя было ехать, чуял неладное! Надо было тебя в хате оставить переночевать, а поутру ехать. Так ты ж всё в лес рвался быстрее и меня не слушал, явно не верил тому, что я тебе про зазывку говорил.

Лошадь ещё больше занервничала и замотала головой. Старик погладил её по морде и вдруг ловко натянул на глаза тёмную повязку:

– Надо было сразу это сделать, дырявая моя голова.

Если увидит нечистого – испугается, и уже никто её не остановит. Давай, Денис, быстро в повозку.

Майор послушно начал забираться на своё место, как вдруг краем глаза заметил какое-то движение в лесу. Среди деревьев белел женский силуэт. «Сказки сказками, но в лесу явно кто-то ходит», – мелькнуло у Белова.

– Эй, здравствуйте! – крикнул он. – Вам нужна помощь?

– Стой! Ты куда, быстро назад! Я так и знал!.

. – Степаныч уже забрался на своё место и держал в руках вожжи. – Погубит она тебя! Вернись!

От крика старика лошадь опять занервничала. Она повернула голову в сторону женского силуэта, пронзительно заржала и рванула вперёд, унося за собой телегу со Степанычем.

Майор даже не успел осознать, что произошло. Он остался один в сумерках на лесной дороге. Взгляд его был прикован к белой женской фигуре, которая плыла среди деревьев.

Глава 5

Марина снова находилась у себя в кабинете, где буквально несколько минут назад разговаривала со странным гостем.

Девушка смотрела на карту. Это определённо была карта Беларуси, но она выглядела не так, как на страницах учебников или на стене их кабинета. Все надписи были на странном языке, вероятнее всего – старославянском. Слова угадывались, топонимы напоминали современные названия городов и сёл, но прочитать всё было сложно. Еще несколько минут изучения карты ничего не дали.