Проводник

Батька помер ещё пару лет как, пил он много, – Егор громко шмыгнул. – Я, конечно, тоже могу вдарить, но рядом с батяней, земля ему пухом, чистый трезвенник.

Он вздохнул и достал сигарету.

– Будешь? – протянул мне пачку. – Ого, какая-то местная марка – иронично подумал я, увидев незнакомую эмблему, и отрицательно покачал головой.

– А я курну. О, вон видишь жом шправа, говожят, там бес живет! – последние слова Егор произнес, подкуривая сигарету.

Показывал он на небольшой одноэтажный дом. Тот выглядел очень старым, и было видно, что там уже давно никто не живёт.

Окна и двери были заколочены, и в полумраке дом выглядел пугающе. Я слегка поежился. В то же время было интересно – мой спутник явно собирался поведать какую-то местную деревенскую легенду.

– Какой еще бес? – быстро спросил я, зная склонность Егора скакать с одной темы на другую, как белка по деревьям.

– Ну, чёрт, нечистый, барабашка, – мужик опасливо покосился на дом и наклонился ко мне, словно опасаясь, что его могут услышать. От него пахнуло крепким табачным духом и кое-чем еще.

Сдается, насчет своей хронической трезвости кто-то преувеличил.

– Люди говорили, там, – он кивнул в сторону дома, – вещи сами летали, и вообще всякие бесовские штуки творились. Жуть, говорят, что было, пока этот дом батюшка не освятил. Вроде стихло. Первое время хозяева боялись возвращаться, всё у соседей да родственников тут жили. А потом вернулись.

Он достал еще одну сигарету, чиркнул спичкой о коробок, глубоко затянулся и выпустил в вечерний воздух облако удушливого сизого дыма.

– Первой-то время было спокойно, а через пару недель нашли всю семью – двух баб и малого двенадцати лет – топором зарубленных.

– Ни хрена себе! – вырвалось у меня. Вот так домик!

– Это Колька сделал, хозяина дома, вишь ты. Убил тёщу с женой и сына. Когда его, значит, милиция в наручниках выводила, все какую-то несуразицу нес. Я ж тогда совсем малой был, но это помню, тогда ж вся деревня собралась. После слышал от родителей, что в клинику его поместили, мол, крыша поехала.

Милиция сказала – белая горячка.

Егор снова наклонился ко мне.

– Так я вот точно знаю, не пил Колька. Совсем. Отец с ним потому и не общался. Не видел в нём друга, мол, пить не хочет. Так что милиция – это одно, а люди говорят, что бес в Кольку вселился, поэтому он всю семью и порешил.

Егор отбросил окурок в сторону.

Я с интересом взглянул на Егора. Наверное, в каждом небольшом посёлке есть своя легенда о нечистой силе.