Дьявол не даёт уснуть. Ночь 1—25

У них самих такая же борьба в душе происходит. Но многие держатся с достоинством. Молча сносят томность духа. Игнорируют потоки мысли из/за спины. Они не жалуются. Обыкновенные, российские работяги. Что им стоит, когда всё понятно – утром встал, позавтракал, сел на троллейбус. Отработав день пялишься в телевизор или бесплатную газету. Кому не жалко сидеть, разгадывать кроссворды. Лишь бы время убить.

А что мне? Постоянно о чём/то рассуждаю. Такова моя доля. Мне больше нечем заняться в этом обременительном, суетливом мире.

С детства меня называли философом. Это почему? Видимо, рассуждал слишком много. Это всегда выглядело насмешкой. И сейчас выглядит. Океан мыслей, делящихся на течения, то тёплые, то горячие, то совсем холодные. Высшую мудрость легко высмеять.

Борьба с самим собой. А кто же такой Я? Вероятно, Я – это и есть судьба всего человечества. Во мне слились все миры, все прожитые доныне жизни. Впрочем, даже и те, которые проживаются в данную минуту. Бог – есть начало и конец всего существующего.

Выходит, что и Я это нечто подобное. Нет – я не имею ввиду себя. Здесь речь идёт о состоянии, в которое я погружаюсь, когда рассуждаю.

Сколько всего можно увидеть во снах, если каждый из них зарисовать. Но это совершенно невозможно. Записать сны на плёнку, имея под рукой такую технику, которая в состоянии подобное проделывать. Что нового мы бы открыли для себя? Ах, ну, да, как простейшие организмы становились более сложными. Тут никакой техники не надо. А, что происходило дальше? Ничего особенного.

Выживание, борьба со стихией, с самим собой, со своей судьбой. Всё слишком банально в масштабах природы. Слишком очевидно и понятно.

А как насчёт того, чтобы убежать от самого себя? Махнуть куда/нибудь. Но – куда? Далеко ли от себя убежишь. Такое, наверное, можно проделать только в своём воображении. Но, опять же, оно ведь своё – не чужое. Снова никуда не убежать. Стало быть, и думать об этом нет никакого смысла. Один раз и на всю оставшуюся вечность, все мы покинем этот приют, называемый словом – каким? Самих себя, надо полагать, мы покинем.

От крутизны подобных мыслей страшно становится.

Ползём потихоньку. День за днём. Ночь за ночью. От звонка до звонка. От обеда до ужина. Цветы распустились. Хотя уже осень. Это осенние розы. Крупные такие чашки ярко розовых и бардовых лепестков. Орехи щелчком падают на крышу, на землю, на асфальт. Акация пробивается между тротуарными плитами. Вся корявая и мелкая.