Шанс. Выполнение замысла. Сергей Савелов. Книга 3

Решаю пока не сообщать им о тете до решения родителей и не отказываться сразу от предложения поселиться у Петра Петровича.

Неожиданно Романов поворачивается к Ксенофонтову и предлагает:

– Петр Петрович! Сейчас хочу спросить Сергея о личном.

Ксенофонтов понимающе кивает и отстает.

– Расскажи обо мне, – просит.

– С момента выхода на пенсию вы ничем не выдающимся не отметитесь. Будете входить в какие-то ветеранские и партийные организации. Про мемуары ничего не знаю. От интервью будете уклоняться, – рассказываю, но не понимаю вопроса и замолкаю.

Смотрю вопросительно на собеседника.

– Давай смелее! – подбадривает и поясняет: – Сколько мне осталось?

– Две тысячи восьмой год, – сообщаю.

Романов шумно вздохнул. Некоторое время шли молча.

– Что про меня говорят в будущем? – наконец интересуется.

– Наверное, то, что и сейчас. Кто-то считает вас крепким хозяйственником, и отмечают большую роль в строительстве и индустриализации Ленинграда. На вашем доме поместят мемориальную доску.

Некоторые считали вас «сталинистом» и упрекали за жесткий стиль управления. Считали трудноуправляемым. Вероятно, этого опасаются сейчас ваши коллеги, поэтому предпочли Горбачева, как более гибкого политика. Интеллигенция отзывалась отрицательно. Упрекали в излишнем притеснении евреев и преследовании свободолюбия творческих личностей, – вспоминаю немногочисленные сведения, которые удалось вспомнить.

– Сволочи…, – разобрал бормотание. – Расскажи-ка мне про моих «коллег», – уцепился за слово и повернулся ко мне.

Не имея перед глазами списка Членов и кандидатов в Члены Политбюро, затрудняюсь с ответом и начинаю с наиболее известных:

– Леонид Ильич серьезно болен. Его подсадили на успокоительные таблетки, которые позволяют хорошо спать, но не способствуют умственной деятельности и бодрости. Считалось, что в последние годы он управлением страной не занимался. Сам не знаю – помню из мемуаров и воспоминаний близких ему людей. Согласился он на кратковременный ввод войск в Афганистан под давлением ближайших соратников – Устинова, Андропова и Громыко.

Устинов, пользуясь своим влиянием в Политбюро, по-прежнему изо всех сил готовится к прошедшей войне. Наклепали танков и боевых машин больше чем во всем НАТО и продолжаем выпускать, а в электронике уже отстаем на много лет. Строим новые самолеты и корабли с эксклюзивными летными и ходовыми характеристиками, но с допотопной начинкой.