На краю империи: Камчатский излом

Когда дорога чуть просохла, в поселок приехала машина-вахтовка. Мужики с мешками и сумками залезли в кунг и уехали – до поздней осени. Осенью отец привез много вкусной городской еды, красивую шубу для мамы, а Димке подарил настоящий компьютер. Правда, он быстро сломался, потому что электричество в поселке часто «моргало».

И вот теперь Иван Малахов лежал, завернутый в брезент, в задней части салона вертолета, а Димка плющил нос о стекло иллюминатора. Сначала у него, конечно, возникло желание поплакать, но его вытеснило осознание того, что отец совершил какой-то правильный, геройский поступок.

Кажется, это признали даже его враги – менты и главный рыбник Сосюков! А еще где-то в глубине Димкиной души шевелилось предчувствие чего-то хорошего, чего-то безмятежно-радостного, какой-то сказочно-прекрасной жизни, которая ждет его впереди, – надо только восьмой класс окончить!

А земля сверху оказалась совсем и не красивой. Вдали были горы, а вдоль реки и на склонах сплошные кривоватые блеклые прямоугольники и квадраты, по которым в разных направлениях проходили черные или грязно-желтые полосы.

– Нравится? – спросил сидевший рядом Сосюков.

Димка не хотел с ним разговаривать, но не мог удержаться от вопроса:

– А почему квадраты?

– Где?

– Да вон – внизу.

– А, это… Вырубки.

– Везде что ли?! – изумился Димка. – Но там же лес!

– Да разве это лес? – мрачно усмехнулся рыбник. – Дрянь всякая, как у вас возле поселка. Ты настоящего леса уже не застал, парень.

Настоящий-то лес весь свели – от моря до моря. Где двадцать лет назад рубили, где десять, где пять… На старых вырубках уж по новой наросло – кусты да болота. Вот это лесом ты и называешь.

– Неправда! Мы с отцом ездили – я в первом классе учился!..

– В Черную падь что ли? – усмехнулся инспектор. – Так и ее вырубили. Нашелся один удалец: договор заключил, технику подогнал, бригаду ваших жигановских лесорубов нанял. Пока мы с Москвой переписывались, они весь заказник снесли – до последнего дерева.

И в Китай продали.

– А… – Димка повернулся и уставился на брезентовый сверток.

Сосюков понял его движение по-своему:

– Ну да, твой отец тогда бригадиром у лесорубов был.

– Врешь! Ты все врешь, гад!!!

– Нет, – качнул головой инспектор, – не вру. Ты мне еще кровную месть объяви за отца.

– Вырасту и убью тебя! – страстно пообещал Димка.

– Я и так долго не проживу, – усмехнулся Сосюков.