Метро 2033: Чужими глазами

Больше всего на свете охотник любил тишину.

Оставшись наедине с собой, Аркан тяжело выдохнул и со стоном опустился на кровать. Ладони сдавили виски, словно это могло унять страшную головную боль. Мужчина старался не двигаться – каждое шевеление отдавало выстрелами в голову. Наконец, первый приступ стал потихоньку отступать. Аркадий выудил из ящика тумбочки шприц и маленький пузырек. Набрав из емкости светлой жидкости, поднес иглу к руке. Слегка поморщился, когда острое стальное жало проткнуло кожу.

Охотник опустошил шприц и обессиленно рухнул на кровать.

Аркадий не знал, сколько прошло времени. Медленно падали секунды в бездонную пропасть вечности, а он так и лежал на смятом одеяле, не смея пошевелиться. Мужчина ждал, когда боль уйдет. Тишину в комнате нарушал только старый будильник, переживший, наверное, не одно поколение. Время плелось медленно, точно дряхлый хромой старик. Удар, еще удар. Приложив большие пальцы к вискам, Аркан продолжал массировать голову, чувствуя, как слабо пульсирует кровь в артериях, словно под пальцы подложили два маленьких сердца.

Лишь бы жестокий палач уходил скорее.

Схватка с головной болью неизменно оставляла после себя слабость и апатию. Охотнику казалось, что каждая атака болезни уносила частичку его жизненных сил. Мысли ползли вяло и лениво, словно дождевые черви. Пытка была временно окончена, но теперь на смену телесным мукам пришли тревожные думы о пропавшем сыне.

Антон… сынок… Что сделали с тобой эти сволочи? Жив ли ты еще, или давно погиб от вражеской пули или когтей хищника? Кто мог дать охотнику ответ, который утолил бы его душевную боль, или наоборот – заставил страдать еще сильнее.

Несчастный отец не знал, что для него сейчас лучше. Неведение хотя бы позволяло ему хранить зыбкую надежду, но что случится, когда он узнает правду? А может, он уже услышал ее, но отказался в нее поверить?

Мужчина не желал мириться с тем, что сын мертв. Два дня назад Аркан ходил в Столицу.

Он удивился, когда обнаружил наполовину пустую казарму. Охотник глядел на аккуратно заправленную кровать, разложенные по местам вещи, и не мог ничего понять. Комендант не принял его – сослался на занятость. В тот же день вернулся посыльный, а вечером, за кружкой браги Аркадий сумел выудить из знакомого жалкие крохи информации и про захват Института, и про разведотряд, отправленный на левый берег Волги к стекольщикам.