По ту сторону

А се кормчий наш, Роде, – уважительно кивнул на «майора» Ивашка, – по-ихнему – капитан Карстен, мы же, команда, его Рысью кличем. А тебя как звать-величать?

– Джек Воробей, – ответила я бодро. Всегда можно на шутку списать, ежели что.

На «Джека» новые знакомые никак не отреагировали, а вот «воробей» их позабавил.

– Ха-ха! Воробей! Похож. А то мы бы тебя Ершом распрозвали – уж больно ершист.

Выговор у братцев напоминал волжский, каким его в кино изображают (в действительности, так уже, наверное, никто не говорит).

Напирали на «о», да ещё слова коверкали, что не сразу и поймёшь, о чём толкуют.

Из братьев, тот, что назвался Ивашкой, побойчее был, шумлив, балагурист. Афоня, хоть и улыбался широко, во весь беззубый рот, вёл себя куда сдержанней, говорил мало, не реготал, как брат, «на всю Ивановскую». Назвал «майора» капитаном. Выходит, они моряки? Ну и ну…

Ивашка представил мне и трёх других участников застолья, мужчин, не принявших участия в избавлении меня от гопников (я на них нисколько не обиделась).

Двоих, угрюмых мужиков, назвал по кличкам: Бес и Лис, а толстенького круглоголового коротышку по имени – Карл, добавив: немчура, костоправ.

Не забыли про выпивку. Ивашка, обращаясь к женщине у очага, крикнул:

– Эй, фру! Нойн бир! Шнель!

Женщина кивнула, сказала что-то мальчишке и, вместе с ним, отправилась выполнять заказ.

Разговор продолжался, но я не слушала, поддакивала машинально, пытаясь разобраться с сумбуром мыслей, крутившихся в моей почти ничего не соображающей голове.

Если всё, происходящее вокруг, не игра, то тогда… тогда…

Меня тряхнули за плечо.

– Аль оглох? Ты чьих, говорю, будешь? – пробасил мне в ухо Ивашка.

Ну да, конечно, это мы уже «проходили»: «Ты чей холоп?». Наверное, в ответ мне следует сказать: «Рюриковичи мы».

А Ивашка продолжал допытываться:

– Попович, что ль? Али боярский сын? Руки у тя, паря, яко у девицы…

Вон оно что! Потому-то их капитан на мои руки пялился – не мужские руки, это уж точно.

– Фельдшер, – честно ответила я. Врачом пока только мечтаю стать. После колледжа отработала два года, потом три курса на медицинском факультете отучилась, а сейчас взяла академический, и – опять фельдшер.

Братья переглянулись.

– По-алемански? – уточнил Афоня. – А по-нашему – лекарь? Костоправ, аки наш Карла?

Я молча кивнула. Верно, ведь коллеги мы с их Карлом, вправлять кости – это всегда, пожалуйста.