Бегство… Следствие… Когда время…

Потом, уже отвезя Натку на работу, в Подмосковье, однако не особенно далеко, Мозгун попытался припомнить, с чего началась ссора. И вспомнил. Не сразу, правда. Мумией его Натка обозвала. Другой и внимания не обратил бы. Тем более – с перебинтованной, как у него, головой. А Мозгуна слово это задело, и неожиданно сильно. Мумией его мать называла, когда хотела выразить недовольство раздражающей её по какой-то причине сдержанностью сына, не способного, как она полагала, ни обрадоваться бурно, ни возмутиться чем-либо ярко и однозначно.

А сама? Да он в неё и пошёл. Только требовала и требовала. А когда был повод похвалить за что-либо, так даже терялась, прятала встревоженный взгляд и не находила слов. И она с таким усердием культивировала в нём чувство вины, что добилась стопроцентного в том успеха. И оно, это чувство, сожрало бы Мозгуна, не будь своевременно локализовано им и куда-то задвинуто, да так далеко, что стало со временем чужим и ненужным, как хлам на чердаке, забытый прежними жильцами.

Однако как хлам лежит и давит на стропила, так и это, локализованное и задвинутое, порой словно бы пережимало что-то живое и дающее возможность жить беспроблемно и радостно.

Спокойно спишь – потом не плачь

Испанец, Пушкин и Шепель сидели в ресторане и поедали телятину, шпигованную крабами, филе форели под соусом «Шампань» и запечённых сомиков, фаршированных грибочками.

– Кончать надо ш Чишом, – мрачно проговорил Шепель. – Шрочно. Не шегодня так жавтра доштавит он нам неприятноштей.

– Не печалься печалями, которые будут. Достаточно тех, которые есть, – успокоил Пушкин, смакуя во рту кусочек форели. – Сколько уж дней прошло, и где они со своими неприятностями?

Шепель постарался придать лицу максимум значительности (вышла, правда, голимая свирепость).

– Ушли в глухую оборону, но в любую минуту могут нанешти удар. Им терять нечего. Ешли идти на штурм, мы дешятки людей положим.

– А мы им нанесём удар пониже мобилы, – вдруг сказал Испанец и загадочно улыбнулся.

– О чём ты?

– Предоставим им информацию о том, где находится Мозгун. Усёк? Они сунутся освобождать его из плена, а там будет засада.

– Жашада?

– Да.

– У тебя ешть Можгун? – удивился Шепель.

– Нет, у тебя есть этот, как его…

– Колобок.

– Через твоего Колобка дадим им знать, что Мозгун находится там-то и там-то, а сами подготовим местечко. Они проведут разведку, убедятся, что охрана минимальная, человечек один, в крайнем случае – два.