Маленькие и неприметные. Заказ на заказчицу

Никакого решения, в результате, принято не было, но Марина, попивающая коньяк, рюмку за рюмкой, так набралась, что Подлесный вынужден был отвезти её домой и уложить в постель. Когда он собрался уезжать, Марина расплакалась. И Дмитрий остался с нею.

Следующие два дня Бояркина никуда не выходила, хотя Подлесный и заверял, что в его присутствие с нею ничего не случится. В четверг Марина всё же отправилась в офис. Однако и в этот день, и в последующие дни работа у неё не ладилась. Теперь уже Бояркина не выглядела такой спокойной и уверенной в себе, как прежде.

Она стала рассеянной, задумчивой, неразговорчивой. Порой раздражалась беспричинно и могла накричать, громко и визгливо. Подлесный, в отличие от работников фирмы, старался постоянно находиться поблизости, отчего ему доставалось больше других. Он, по существу, стал её телохранителем, приняв на себя дополнительные обязанности. В первый же день, когда Марина собралась домой и направилась к выходу, Дмитрий остановил её.

– Стоп! Я иду первым. Ты выходишь через пять, примерно, минут.

– Что такое? – нахмурилась Бояркина. – У меня нет времени тут рассиживать.

– Ничего, посидишь. Иначе у тебя вообще не будет будущего. Возможно. Я должен принять меры. Я должен всё осмотреть.

– И что ты намерен искать? – смягчилась Бояркина.

– Посмотрю, нет ли посторонних. Ну и остальное.

– Остальное – это что?

– Осмотрю машину и окрестности, не появилось ли чего-то дополнительно внутри и поблизости.

А вдруг машину заминировали?

– Ты подойдёшь, понюхаешь и всё поймёшь? – не без усмешки в голосе произнесла охраняемая. – Разминированием собаки занимаются, насколько мне известно.

– Я сделаю то, что я в состоянии сделать, – спокойно ответил Подлесный. – Если от машины, например, тянется какая-нибудь проволока или леска, то я её обнаружу. Если вблизи появились какие-то пакеты, свёртки, банки, коробки, то это тоже может показаться подозрительным.

Кстати, бомбочку могут и по почте прислать. И не только посылкой, но и обыкновенным письмом.

– Уж не собираешься ли ты сам почту вскрывать?

– Возможно. Тебе самой, по крайней мере, не следует этого делать. И все об этом должны знать. Причём даже если на письме написано «лично в руки». Чтобы как можно больше людей знали, что письма и посылки ты вскрываешь не сама и что делается это даже и не рядом с твоим кабинетом.