Календарь

На острове снова оказались разведчики, они спешились, чтобы разметить место для лагеря.

Октавиан верхом в сопровождении охраны, поднимаясь по склону вверх, встретил шестерых рекрутов под командованием префекта лагеря Тариния Галла. Они спускались к реке, неся на себе упакованную палатку и оборудование к ней.

«Так подозрительно быстро! – удивляясь, молодой полководец тут же и успокоил себя, – Разведчики знали, что так оно и будет».

Двигался Октавиан в сторону от реки вдоль подножья холма. Вот уже перестал слышаться шум воды, деревья за спиной сомкнулись, скрылось из вида само русло, и тогда его взору открылись всадники на просторе, стоящие в боевом порядке и готовые в любой момент прийти на помощь своему предводителю.

Спешились у шатра. Отдавая поводья оруженосцу и покидая седло, Октавиан, нагнувшись на входе, проскользнул внутрь. За ним последовал Агриппа.

Октавиан молчалив и задумчив. Прошёлся взад-вперёд, не зная, чем себя занять в такой момент. Легкая прелюдия началу переговоров – трудности их дальнейшего продолжения.

Хотя был он и молод, но такие истины ему уже доступны.

– Перекусим? – обратился он к Агриппе.

– Можно, – согласился друг, – только нашему делу это вряд ли поможет.

– Но и не повредит, – уже более оптимистично произнёс Октавий.

Они уселись за походный столик на такие же раскладные табуреты. Откинут полог, и сквозь проём виднелось солнце, повисшее над холмами. Хотя поздняя осень, ночью и по утрам уже холодно, но днём слегка припекало. Август надевал вниз вторую тунику и шерстяной нагрудник, оттого ему стало жарко, и он даже немного вспотел.

Прежде чем приняться за трапезу, он надумал избавиться от панциря, который свою представительскую функцию выполнил, а иных баталий и не предвиделось. Оруженосец, вольноотпущенный Келад, проворно исполнил волю хозяина. Тем временем второй слуга, Ликин накрывал стол. Октавиан в походе мог в любое время изъявить желание перекусить, и слуги к такому режиму привыкли. Блюда по-походному неприхотливы и не слыли изысканностью.

И на этот раз на столе оказались грубый хлеб, нарезанный крупными ломтями, несколько стволов латука, собранных в пучок, огурцы, ягоды толстокожего винограда, сушеные яблоки, вино и вода в кувшинах.

Ликин разлил по кубкам рейтийское вино, наполнил неглубокую миску водой – для Октавия, тот любил размачивать хлеб в холодной воде.

Октавиан поднял кубок и произнёс:

– За успешные переговоры.

Агриппа молчаливо присоединился. Они выпили.