Невероятная история мистера Пэрриша

По закону, если ребёнок становится сиротой до пятнадцатилетнего возраста, и если больше некому взять опеку над ним, то всё имущество его родных переходит в собственность государства. На вырученные деньги мне предоставляются апартаменты в сиротском приюте, а также еду и одежду, выдаваемую приютом.

Итак, я собрал все свои вещи, которых у меня было немного. Тогда я подумал, что раз мне выдадут одежду в приюте, то незачем брать её с собой. Кроме того, что было надето на мне и еще нескольких предметов одежды, я ничего с собой не взял.

После чего полицейские привели меня на «распределительный пункт», как они говорили. Здесь должны были записать все мои данные и определить, в какой конкретно приют меня следует отправить.

Распределительным пунктом было здание на юге Глазго, которому, судя по его виду, был необходим ремонт. Внутри всё выглядело получше. На полу был выложен мрамор, и везде работали люди, сидевшие за столами. Они составляли карточки, в которых были отражены данные детей-сирот. Меня подвели к одному из таких столов, и полицейские оставили меня там.

Напоследок, констебль сказал мне:

– Тяжелая у тебя судьба, но ты будешь не один такой. Ты должен будешь приспосабливаться к новой жизни, – а затем он удалился.

Передо мной на стуле сидела полная женщина в очках. Она сурово взглянула на меня исподлобья, а затем начался диалог:

– Твоя фамилия и имя?

– Аарон Пэрриш, мэм.

– Когда ты родился и где?

– Двадцать второго сентября тысяча восемьсот семьдесят седьмого года, здесь – в Глазго.

– Как звали твоего отца и твою мать?

– Абрахам и Беатриса Пэрриш.

– Есть ли у тебя заболевания легких или других внутренних органов?

– Нет, мэм, – я не стал ей говорить о своей болезни, полагая, что знать ей это не обязательно, ведь она спросила меня конкретно.

– Что ты умеешь делать? – она задала вопрос, на который я не смог ответить. И как во всех остальных подобных случаях, я промолчал. Но полная женщина не сдавалась, – Умеешь делать что-то руками?

– Нет, мэм.

Она взяла меня за руку и посмотрела на ладони, – действительно.

После еще нескольких вопросов она долгое время писала. Затем посмотрела на меня еще раз, а потом подозвала к себе какого-то мужчину.

– Мистер Гудсер, этого молодого человека следует отправить в приют святого Августина.

– Вы уверены, мэм?

– Посмотрите на него. Хоть он и мал, но видно, что он крепок, у него мясистые руки и широкие плечи. Я уверена, что он справится. Не пропадёт!

– Что ж, км… Хорошо.