Страх в городе

Чтобы сесть, завести и взлететь на пенный гребень волны. И чтобы ветер в лицо, и речные брызги в стороны. Я еще романтику не подрастерял. И ты, Кирилл, не упирайся. Всю сознательную жизнь на кораблях – и какое-то мелкое суденышко не подобрать?

Гурий чихнул и полез в машину:

– Пора. Время поджимает. У моего продавца я не единственный клиент. Пока дотелепаемся, пока найдем заводь…. Цену-то сбить сумеешь?

– Попробую. Ты, энтомолог, не распаляйся, температуру себе нагонишь, – Ланской вытащил сачки и захлопнул багажник.

Выехав на главную улицу и получив несказанное удовольствие от совершенно свободной трассы, Гурий пафосно изрек:

– Ничего не бывает прекрасней раннего утра выходного дня. Ибо нет пробок, а лихачи еще дрыхнут.

– Безусловно, – согласился не выспавшийся Кирилл Евгеньевич и закрыл глаза, намереваясь вздремнуть. – Музыку, пожалуйста, не включай.

– Как пожелаешь. Отдыхай, Кирюша.

Но благое состояние племянника, крутящего руль и периодически утирающегося салфеткой, продолжалось недолго.

– Да… – мазнув взглядом по зеркалу заднего обозрения и увидев приближающийся на большой скорости автомобиль, Гурий вздохнул: – Оказывается, не мы одни такие сообразительные спозаранку кататься. Вон, какой-то Шумахер на джипе несется. Торопится, словно, угорелый. Видимо, опаздывает. Спорим, проскочит на красный?

– Угу, проскочит, – сонно пробормотал Ланской, исключительно для поддержания разговора.

– Ну, дебил! Дорога в колдобинах, а он прет за сто км. Думает, что если у него джип, то это почти танк.

Энтомолог, явивший согражданам ранее неизвестную бабочку, просчитался. Сверкающее малиновой полировкой авто наперекор логике научного работника сбавило обороты и замерло около его тачки. Удивленный Гурий скосился на окно навороченного соседа. Однако тонированные стекла позволили лишь едва уловить профиль водителя. Хороший профиль, в идеально-греческом стиле.

От светофора машины двинулись одновременно. Но через минуту джип вырвался вперед и перед поворотом направо стремительно подрезал колымагу энтомолога.

Гурий нажал на тормоз, и все-таки столкновения избежать не удалось. «Поцелуй» «ниссановского» крыла с увесистым тылом джипа был коротким, но впечатляющим. На боку экстремала образовалась вмятина и содралась краска; у «ниссана» – снесенная фара осколками вгрызлась в радиатор.

А потом наступила тишина.