Завтра были девяностые

Но Бегунок сказал другое, а именно:

– На место происшествия я ездил. Ну, диктуй, кого пробить.

– Да уже своими силами обошёлся.

– А звонишь зачем тогда? Делать тебе, смотрю, нечего, – резюмировал Бегунок. И, спохватившись, торопливо добавил: – Холмсик, пардон, Максик, слышь, может тебе халтурку подкинуть? Рубля на три, а?

– Давай, а то ведь вы государство разорите, а до истины так и не доберётесь. Только коротко. И – самое главное.

– Я бы тебе протокол осмотра зачитал, но он у Понгова.

В общем, двухкомнатная квартира в пятиэтажке, обстановка в квартире – типичная для одинокой не первой молодости женщины. Перед большой комнатой, слева, – дверь в маленькую комнату. В комнате, кроме шифоньера, секретера и дивана, никакой мебели нет…

– А сколько в эту комнату шкафов вместилось бы ещё?

– Не придирайся! Продолжаю. Труп лежит на спине, головой к двери. Обилие следов крови на полу свидетельствует о большой потере крови. Удары наносились тупым твёрдым предметом.

Предмет, вероятно, – круглой конфигурации. Да, чуть не упустил… Алло! Ты меня слушаешь? Ударов было не менее пяти. Алло!

– Тебе что, нужно, чтобы я поддакивал после каждого слова?

– Не обязательно. Можешь сопеть или покашливать. Слушай. Смерть, скорее всего, наступила мгновенно, в результате шока и большой кровопотери.

– Руки осмотрели?

– Да. Ничего. Вообще, следов борьбы, изнасилования не обнаружено. Одета потерпевшая в один лишь халат, белья на ней нет. Но что странно… Халат, понимаешь, застёгнут неправильно, со смешением одной полы относительно другой на одну пуговицу.

Смерть наступила не сегодня и даже не вчера. Предположительно, три дня назад. На замке следов механического воздействия не обнаружено.

– Английский замок?

– Нет. Уходя, преступник или преступники закрыли дверь ключом.

– Какие-нибудь следы-то нашли? Отпечатки пальцев, следы ног?

– Следов пальцев довольно много, но идентифицировать их будет непросто. Следы – не свежие.

Следов ног нет. Потерпевшая была, видимо, чистоплотной. Преступники – тоже. В большой комнате, на полу, – ковёр. Но и на нём нет вмятин от каблуков.

– Ограбление?

– В том-то и дело, что нет. В серванте – пятьдесят рублей. И не заметить их было невозможно. Со слов соседей, ничего якобы не пропало, – заключил, судя по всему, Бегунок изложение обстоятельств трагического события.

– И что вы ещё там сделали? Что выяснили-то?

– Да ничего больше.