Посредник

Задача комитета зачистки была проста – собирать информацию и обрабатывать ее, а потом на основе анализа и тайных пророчеств давать советы государственным деятелям великой России.

– Привет, – Президента неожиданно толкнул в бок Петренко. Как он подкрался Георгий Константинович не заметил.

– Привет, – мрачно откликнулся Жаров, – как дела.

– Как сажа бела, – сумничал Петренко и громко засмеялся.

– Прекрасно. Тогда пошли наверх.

Президент и Петренко степенно поднялись на второй этаж.

Министр иностранных дел легко толкнул Жарова в бок:

– Смотри и Патриарх здесь.

– Патриарх? – с недоверием переспросил Жаров.

– Ага, – Петренко ткнул пальцем в крупную фигуру у противоположной стены.

Георгий Константинович сощурил свои близорукие глаза и свистнул:

– Так он уже три года никуда не выезжал. В крепости веры своей сидит. Из Донского монастыря ни ногой.

– В том —то, все и дело, – быстро отозвался Петренко, – кто бы мог подумать. И его дернули. Значит все очень серьезно.

Патриарха за здорово живешь и не вытянешь. Здесь дело не миллиардное, а триллионное.

– Действительно, – медленно протянул Жаров, – серьезными деньгами запахло. Артистов звали? Патриарх любит плясунов.

– Что вы! Артистов нельзя, – возмутился Петренко, – среди артистов легко могли оказаться ренегаты, супостаты, лжефальсификаторы истории, оппортунисты, правые уклонисты и так называемые рок-музыканты.

– Не всех вычистили? – горько усмехнулся Жаров.

– Всех не переловишь.

Они живучие, умело маскируются. Вот на прошлом корпоративе в нашем министерстве корейская стриптизерша как заорет: «Да здравствуют общечеловеческие ценности». Хорошо, что сразу пристрелили провокаторшу.

Жаров тяжело вздохнул. Терли ноги тестины удачливые сапоги, нудно ломило виски. Президента России знобило, ему становилось хуже и хуже.

Тем временем Президент и Петренко подошли к Патриарху. Владыка церкви стоял, широко расставив ноги в высоких блестящих сапогах.

Кроме обычного боевого камуфляжа на гагачьем меху на нем была папаха серого каракуля, боевая портупея и скромный орден «Отечество» первой и единственной степени. В руках Патриарх держал золотой посох с острым концом, в который был вмонтирован парализатор.

– Владыка, – склонились одновременно Петренко и Жаров.

– О, – стремительно обернулся к ним Патриарх, – вот она надежа России. Пророки новой эры. Ее меч и защита. Ослябя и Пересвет.