Игра Жнеца. Отмеченный Тьмой – 2

Некоторое время они ещё пытались выяснить, кто и чем должен заниматься, но в итоге пришли к тому, что смотреть надо вместе – так надёжнее. До них даже далеко не сразу дошло, что именно находится перед ними.

– Кто-то смог выжить? – с сомнением и плохо скрываемым страхом, спросил один.

– Надо сказать старшему, пошли! – потянул его второй в сторону, подальше этой жуткой картины.

– Ты и есть старший.

– Есть ещё старшее!

В обнаруженном обгоревшем полутрупе смогли опознать Самония только благодаря особому амулету, глубоко вплавившемуся в плоть.

Как тому удалось «уцелеть» и продолжать жить в таком состоянии, в голове не укладывалось, но факт оставался фактом. Правда, жизнь всё же покидала его обугленное тело достаточно быстро.

Подоспевшие лекари смогли остановить этот процесс, но повернуть его вспять у них не получалось. Самонию требовалась срочная и куда более мощная помощь, оказать которую в «полевых условиях» было невозможно. Отправить же Инквизитора телепортацией не позволяло крайне тяжёлое состояние.

Он мог просто не пережить этот скачок.

Поэтому было принято единственное решение, везти тело в специальной повозке. Хоть путь предстоял и неблизкий, но дать Самонию умереть, означало разделить с ним его участь – Совет такого не простит. Он не простил бы и такую долгую дорогу, если бы не внезапное улучшение состояния, позволившее воспользоваться свитком, и телепортировать нуждающегося в срочной помощи Инквизитора.

* * *

Нонель изначально знала, чем в итоге закончится для Самония столь нездоровый интерес до этого неокрепшего юнца.

Видение было слишком ярким и понятным, чтобы трактовать его иначе. Однако говорить о грозящей беде не стала. Во-первых, Провидицы не вмешивались в «начертанное судьбой», а во-вторых, очень понаблюдать как за одним, так и за другим.

Честно признаться, юнец её приятно удивил и впечатлил. Более того, даже вызвал странный интерес. Пусть тот и оказался самым «тёмным» из всех тех, кого ей доводилось когда-либо встречать за последние пару веков, но в нём не было Той «темноты».

Да-да, именно так – в «тёмном» не было «темноты». Душа юноши была проста и открыта. Без ненависти, злобы, агрессии, безумия и прочего проявления, так присущего всем противникам «Света», да и сторонникам тоже.

А вот Самоний откровенно разочаровал. Она и так была невысокого мнения об Инквизиции и её методах «противоборства». Однако принимать непосредственное участие в чём-то подобном прежде не доводилось.