Великолепные земляне

Шли медленно, с наслаждением дыша и любуясь серебристыми стволами деревьев, мощностью голубоватых крон, ступая на полянах в шёлк высокой изумрудной травы ? всей в кляксах пахнущего весной разноцветья, внимая щебетанью чудных птичек, трепетному полёту бабочек и рывкам стрекоз… И это наш Заветный лес?! Чёрные остовы сгоревших деревьев, свисающие с ветвей мотки паутины и языки слизи, а среди мёртвых стволов ? неровные ряды гигантских поганых грибов: они вырастали на глазах, тут же изгибались, падали или оползали, превращаясь в однородную массу бурлыкающей слизи.

На месте лесных озёр и речушек истекала бурая, вся в пузырях, жижа. Остатки зелени затягивала плесень, покрывала зола. Растерзанные тела меронийских животных и птиц валялись кругом вперемежку с трупами животных-пришельцев, и только где-то на пределе видимости, над куртиной голубых крон ещё теплилась прежняя жизнь: там стая таких знакомых с детства птиц отчаянно дралась с эскадрильями летучих захватчиков. А внизу, куда ни глянь, повсюду царила жухлость, чуждость и смерть…

– Не время плакать, сестра, соберись!

Бозо взял управление плуном сестры на себя.

Вскоре он посадил аппараты у небольшой скалы. Они свернули плуны и сняли костюмы. Сразу на ребят напали насекомые-кровососы и стало тяжело дышать: воздух пропах гарью и разложением.

– Раньше перед отцом скалу открывала живая трава, ? пробормотал себе под нос Бозо. ? А теперь… кругом и трава-то не наша, и завезённые кровососы. Именем Тимберлитты!

Скала открылась.

Из неё почти беззвучно вылетел маленький челн ? на четырёх астронавтов.

– Галоша, ? фыркнул было Бозо, но сразу опомнился. ? Прости-прости: нюхнул отравы. Приветствую тебя, почтенная Церола! Спасибо, что отогнала кровососов.

– Приветствую тебя… ? машинально повторила и Нибара, вертя головой по сторонам. ? Ты это кому говоришь?

– Мне, ? раздался из челна мелодичный обволакивающий женский голос. ? Ваш отец присвоил мне, бортовому биокомпьютеру, имя собственное.

– Имя собственное… ? вычислительной машине? ? удивилась Нибара, и закашлялась.

– Да, на Мероне я такая одна. Присвоил не под настроение, а за мои заслуги! Ещё б научил танцевать, любить мужчин и по мелочам…

– Церола большая шутница, ? сказал Бозо, поддерживая начинающую задыхаться сестру. ? Но и умница, простая и надёжная ? таких сейчас уже не производят…

– Спасибо, особенно за «простую». Ржавею потихоньку в резерве.