Сначала

Поднимала ей вверх голову, когда та опускалась вниз. Радовалась вместе с ней первым толчкам малышки, ходила на приёмы врачей, вязала тёплые носочки и шила ползунки. Плакала от счастья, когда в доме появилась ещё одна Иринка, названа в честь неё.

Потом были два года, наполненных любовью, лаской и теплом. Пока сердце Ирины Львовны не выдержало обширного инфаркта.

Снова жизненный удар. Опять необходимость учиться жить заново. Одиночество поглотило Надю с головой. Единственная её цель – подарить Иринке хорошее детство.

У её дочки должно быть всё. Самые лучшие игрушки, когда на прилавках магазина – полнейший дефицит. Самое красивое платье, когда не было возможности купить вдосталь ни ткани, ни кружев…

Надя работала на трёх работах, приходя в садик за дочерью поздно вечером.

Поужинав, она, уставшая, ложилась спать, даже не чувствуя, как маленькие ручки гладили маму, пытаясь разбудить, чтобы вместе поиграть в слова. Они были самими родными, и в то же время до жути чужими друг другу.

Стремясь дать дочери самое лучшее, Надя сама же отобрала бесценное – любовь…

Любя до одури, она не научила любить взамен.

Всегда казалось, что ещё успеет поговорить. Вот ещё чуть-чуть – и уже можно безбедно жить. Но снова приходилось крутиться как белка в колесе, пытаясь решить десяток тяжеленных дел.

Жизнь рушилась на глазах, но уже никто не мог что-либо изменить…

Маятник раскачивался из стороны в сторону, принося за каждым своим движением непонимание, недоверие, нелюбовь…

***

Я открыла глаза, ощутив приятный запах свежеиспечённых блинчиков и тёплого молока.

Откинув клетчатый плед, прошла на кухню, где мама готовила любимый мой завтрак.

– Доброе утро, мам. – Я обняла плечи матери, зарывшись носом в её волосы.

– Доброе утро, милая. Садись, будем кушать… – ответила она мягким голосом.

Столько всего хотелось сказать.

Попросить прощения.

Умолять забыть злые слова, так часто вырывавшиеся в сердцах…

В горле першило, голос дрожал, слёзы застилали глаза.

– Мам, я хотела… – опустив голову начала говорить я.

– Тише, милая… Всё прошло… – сжав мою холодную руку, перебила меня мама. Знаю, она не хотела ворошить прошлое и вновь погружать свою дочь в пучину страдания и слёз. – Мы начнём новую жизнь…

– Мамочка… – едва слышно, одними губами прошептала в ответ, крепко прижимаясь к груди матери…

***

Забрав со стоянки ресторана автомобиль, я помчалась по пустой окружной дороге. Солнце, отражаясь от снежного покрова, слепило глаза.