Без царя в голове. Боевая фантастика

 – Кхм, ты этого не слышал, Волгин, и чтобы больше без драк! Понял?

– Так точно! – прошептал Иван.

– Не слышу! Чего ты там себе под нос бубнишь?

– Так точно, господин полковник, есть без драк! – гаркнул облегченно Иван.

Полковник вздохнул, покачал головой и продолжил экзекуцию.

– Вот ты мне, Волгин, ответь, как на духу, кому служишь?

– Царю и отчизне, господин полковник! – эхом, не задумываясь, рявкнул Иван.

– Это понятно, что царю и отчизне, – поморщился полковник, – ты объясни, как именно ты им собираешься служить?

– Придет беда, прыгну в истребитель и в бой! – недоумевая где ловушка, осторожно ответил Иван.

 – А там до победного конца, жизни не пожалею, ежели понадобится.

– Это тоже не вопрос. Ты представь, Волгин, на минуточку свое вчерашнее состояние. Сколько вы там на одно лицо приняли? Да, не важно, главное, что были уже никакие к моменту драки. И не надо мне тут изображать удивление на лице, что я в кабаках не был? Представь, вот в такой именно момент, когда вы уже никакие, беда то и нагрянула, что делать будешь, Волгин, куда побежишь, какой из тебя боевой пилот в таком состоянии? – заводился с каждым словом полковник, выталкивая слова, словно гвозди.

 – Получается, господин лейтенант, что никому ты в этот момент не служишь, окромя себя самого и врага нашего заклятого! И сызнова задаю вопрос – кому служишь, Волгин?

Иван озадачился, призадумался, начал губы кусать, в потолок смотреть, в затылке чесать – эка завернул полковник ловко.

Получается, что всяк выпивший пилот врагу служит, так что же теперь и не пить вовсе, что же это за жизнь будет? Чай не монахи, обетов не давали, стрессы опять же, нервы нужно успокаивать, как тут не выпить? И что тут ответить? Иван, как рыба, открывал рот, делая слабые попытки оправдаться, но ни звука не произнес – мозг поскрипел, пожужжал и отключился. Осталось Ивану нахмурить брови, сжать зубы и промолчать, надеясь, что полковник, задав каверзный вопрос, сам на него и ответит.

– И что вам неймется, господа пилоты, сколько можно пить и бузотерить, Волгин? – сев на привычного конька, продолжил нотации полковник.

Иван молчал, зная по опыту, что в тех рассуждениях полковнику нужен исключительно слушатель, а не собеседник.

– Боевой офицер, пилот истребителя и пьяница. Были бы у нас новейшие штурмовики, я бы на ваши пьянки гулянки сквозь пальцы смотрел. А наши старые лоханки крепки святым и боевым духом исключительно.