Катарсис

 – Куда мы пойдём, кто нас услышит, кроме этих? Нам повезло встретить именно тебя! Ты понимаешь, насколько мизерной была вероятность такого совпадения? Другой возможности не будет, ты должен нам… почему нам? Нет, ты должен помочь своему городу, Егор!

– А это моя проблема? Я не палочка-выручалочка, а вы не спасители мира. Нашли дурака, совать голову в пасть крокодилу. Думаете, меня там, в ФСБ, примут с распростёртыми объятиями? Да в таком виде со мной только бомжи разговаривать будут!

– Я не поняла, тебя внешний вид смущает или ты принципиально против спасения города? – презрительно глядя на Егора, поинтересовалась Вера.

 – Наша проблема? Да, мы участвовали в том, что произошло, но сейчас вопрос не в этом – страдают обычные люди, можешь ты это понять? Им наплевать на твои душевные терзания, они имеют право жить, но ты решил спрятаться в норку, потому что перепугался. Ты же не такой, Егор! Да, мы облажались, но за это заплатили жизнью, так что в расчёте. Ты не смог спасти друзей, это плохо! Если сейчас отойдёшь в сторону, как будешь жить дальше, зная, что мог спасти этих людей, но не стал этого делать?

Она методично загоняла его в ловушку логики, чувства долга, гуманности, переступить через которые он не мог в принципе, воспитание не позволяло, дурацкая человечность мешала просто отвернуться, заткнуть уши, усыпить совесть.

– Хорошо, – крикнул он, удивив случайных прохожих, – я согласен! Но только передам сообщение, на большее не рассчитывайте. Можете диктовать, у меня хорошая память, передам всё слово в слово, но потом до свидания!

– Правильное решение, парень! – обрадовался Фёдор.

 – Не прошу забыть, что было раньше, просто временно выкинь это из головы. От тебя не убудет, а людям поможешь!

– Спасибо, Егор, – словно выдохнула Вера Павловна, – не представляешь, как я надеялась, что ты согласишься, – призналась она. – Всё равно после моего сообщения они там начнут что-то делать, а так будут сидеть спокойно, считая, что враг уничтожен на корню.

А на одежду не обращай внимания, это внешнее, сделай вид, что это тебя не касается, как говорят нынче, прикид такой и все дела!

Егор сморщился, как от лимона. Можно, конечно, представить всё так, как говорит Вера, но он всё равно чувствует себя каким-то изгоем общества в этой странной одежде. Хорошо было Корнею – абсолютно наплевать на чужое мнение, в чём хочу, в том и хожу, если кому-то не нравится, идёт лесом со своим мнением.