Говорю от имени живых

 Наконец, водитель любезно предложил её подвезти до дома! Но при чём тут я? Я до подъезда не доведу, у меня своих дел по горло!

– Вас родители дома ждут или жених, а мне к жене в садик нужно, – как можно мягче попытался объяснить я, понимая, что она меня не слышит.

Дрожит от страха, озирается по сторонам, словно что-то видит, жмётся ко мне поближе, будто я единственная родственная душа рядом и в глазах такая надежда на моё согласие, что хочется побыть героем. На самом деле, конечно же, она обычный человек, но душа её сейчас испытала жуткий стресс и отчаянно нуждается в защите.

Она, душа, совершенно точно знает, кто её спас, вот и жмётся ко мне, боится расстаться, но ты, девочка, ничего этого знать не можешь!

Если ей рассказать правду, однозначно запишет в психи и сбежит, чтобы попасть на закуску очередному охотнику за телами. Светка меня убьёт, но как я могу отказать этому зеленоглазому чуду, которое только что спас от смерти? Стоит такая худенькая, спортивная, смотрит с надеждой, почти влюблена.

Всё, как в рыцарских романах средневековья или плохих водевилях – он спас ей жизнь, и она влюбилась в него без памяти. Вот только жгучие брюнетки с зелёными глазами чаще всего оказываются ведьмами, хотя и не сразу показывают собственную сущность. Наведут морок, мол спасите-помогите, я слабая и беззащитная, а потом вцепятся и прощай жизнь! Тем более, с такой фигуркой! Засеки меня Светка с ней рядом и никаких ведьм не понадобится, своими руками задушит, причём обоих сразу.

– А вам по дороге?

Последняя попытка расстаться и забыть о её существовании.

– С вами да, – она так жалобно улыбнулась, что и дураку понятно, как ей сейчас страшно.

– Извините, не буду ждать гаишников, – не знаю почему, но захотелось отпроситься у таксиста. – Там жена и дочка ждут.

– Да что там, иди, конечно, парень! Тут картина и без свидетелей ясная, не я же в него влетел!

Он махнул рукой, словно отрубая концы. Пора бежать изо всех сил, не надеясь больше на технику.

Если эти дебильные души лезут, куда ни попадя, лучше надеяться на себя, чем на железо.

– Тебя как зовут?

– Катя, – она протянула узкую ладошку.

– Миша, – я осторожно пожал тонкие холодные пальчики. – Пойдём быстро, не отставай, держись рядом, если что-то почувствуешь, кричи сразу, иначе могу опоздать.

Говорил нарочито грубо, резко, чтобы охладить нежные чувства, будь они неладны. Оглянувшись на ходу, увидел душу, мнущуюся на месте.