Говорю от имени живых

Спасибо парню, убедил с собой пойти, иначе эти бы меня точно сожрали.

– Не боись, Матвей, как раз эти тебе не страшны, – он ухмыльнулся, как бывалый солдат желторотому новобранцу, – им живые нужны, у них одна задача – жить! А сожрать тебя может стая, тут к бабке не ходи, только зазеваешься, пиши пропало!

– Стая, опять стая, – заворчал следователь, настороженно оглядываясь по сторонам, – этот про гиен рассказывает, ты про стаю. Что за пугало такое?

– Не видел и славу богу, очень не советую попасться ей в чистом поле и без оружия.

Низкоорганизованная материя, недораспавшиеся души, собранные в кучу желанием жрать. Нападают без разбора на любого, кто не может им противостоять. Поначалу они и на этих ринулись, но обломались. Не знаю, что там на Плацдарме рвануло, но всё сильно изменились, по себе знаю.

– Что за Плацдарм? Типа тот свет? – Матвей смотрел на бывшего знакомого с недоверием. – Не первый раз про него слышу от ваших, вы там все вместе были что ли?

– Ну, тебе же сказали – служили в полиции.

– На том свете? – не унимался Матвей.

– А что не так? Ты видишь, что тут творится? Кто, по-твоему, должен всем этим заниматься? Архангелы? Так нет их здесь, Матвей.

– Здесь нет, это понятно, – упёрся следователь, имеющий привычку разбираться до конца в любых вопросах. – А вы где были, где этот ваш Плацдарм?

– Тут, – не понял вопроса Лёва. – В городе, Плацдарм прямо здесь!

Очевидное для одних может вызвать совершенное непонимание у других. Одно дело, когда ты каждый день делаешь одну и ту же работу, другое – услышал в первый раз.

Я с интересом прислушиваюсь к разговору, потому что мне самому хочется знать, что за штука Плацдарм, с чем его едят и откуда он появился? В городе? Хорошо! Почему я раньше ничего этого не видел? Просто не приглядывался? Вполне допускаю, надобности не было, не от кого было защищаться, обычных возможностей вполне достаточно. Если бы они не проявились столь явно и агрессивно, сто лет бы ни о каком Плацдарме не узнал бы.

– А как же… – Матвей явно не решался задать мучающий его вопрос.

– Типа рай? – подсказал Лёва. – Не знаю, Матвей, а врать не хочется. Тут же не все остаются, кто согласился метку поставить, тот закрепился, остальные куда-то пропадают. Может, и есть где-то там рай, вот ты и узнаешь, если выживешь, конечно.

– Что за метка? Ты тут все два года был что ли? А мне можно её получить?

– Чего засуетился? Совесть не чиста? – Лёва хитро подмигнул следователю.