Говорю от имени живых

Я в неё втюрился ещё в девятом классе, всем морду бил, кто на неё косо смотрел или слово против сказал. А она меня стороной обходила – мордой не вышел, что ли?

Он отхлебнул из стакана, в воздухе повис аромат коньяка, дико захотелось напиться, но кто же мне позволит.

– Нет, так-то я её понимаю. Кто я такой, чтобы со мной компанию водить? Мать с отчимом постоянно бухают, брательник старший зону топчет, сам я к тому времени уже курил и пил. А она профессорская дочка, на скрипочке играет, вся такая чистенькая.

А вот в душу запала и всё тут!

Он замолчал, затем залпом допил коньяк и добавил в стакан ещё порцию.

– Понимаешь, она умерла, когда мы школу закончили. На выпускном я с ней станцевал один раз и всё, Миша! Она и выходить в круг не хотела, почти силой выдернул. Как станцевали? Так, топтались, кто меня этому делу научить мог? А через месяц она умерла, Миша. Прикинь, летом поймать двустороннее воспаление лёгких, это как?

Зачем он передо мной исповедуется, кто я для него? Всего лишь временный попутчик, с которым можно поговорить начистоту, потому что потом, после того, что они сделают, со мной расстанутся навсегда.

Хотелось заткнуть уши, чтобы не слышать этот голос.

– Мне это так по мозгам ударило, что на призывном пункте попросился в десант, а там Чечня и понеслась душа в рай. Остался служить по контракту, потому что дома никто не ждал, хотелось сдохнуть или убить кого-то, боялся на гражданке сорваться. После зоны решил домой заехать – тоска, блин, захотелось на её дом посмотреть.

Выпил, встретил одноклассников, тут они мне и припомнили былое.

Краем глаза вижу, как стакан взлетает, но зависает в воздухе.

– И представь, встречаю её на Плацдарме! Я тогда уже по уши был в делах Шварца, как получилось, сам не понял, а там пошло само собой – то сделай, этого погаси. Когда Шварц предложил в полицию внедриться, я понял – мой шанс перед Людмилой чистым стать. Тогда казалось, жить нам на этом Плацдарме вечно, нужно как-то устраиваться.

А тут Шварц рассказывает, шанс появился в жизнь вернуться. Я, может, из-за неё на всё это пошёл, вникаешь?

– Типа цель оправдывает средства? – не удержался я от сарказма.

– Чего? А, ну, типа того, – с каким-то облегчением согласился он.

– А знаешь, как фраза звучит на самом деле?

– Ну, говори!

– Цель оправдывает средства, если цель спасение души! Так говорили иезуиты, отправляя жертву на костёр.