Моя незнакомая жизнь

С чего это тетка вырядилась как мечта педофила? Вот тарань сушеная, я бы в свою школьную форму сейчас даже за деньги не втиснулась.

– Эй, ты что там делаешь?

Видали? Ни днем, ни ночью покоя от нее нет! Зато искать не надо. Литовченко ведь не знает, что Игорь Васильевич здесь. Кстати, сам-то он где, сторож хренов? Спит небось. Ну да ничего, с тощей дамочкой я и без него управлюсь. Правда, ноги у меня как ватные, иду словно через воду. Что за напасть? Но до шкафа недалеко, и я толкаю мерзавку в спину. Та мгновенно, как-то по-змеиному, поворачивается, и вместо лица у нее – змеиная морда.

Темные глянцевые глазки смотрят на меня с ненавистью, а я даже крикнуть не могу от ужаса. Нина хватает меня за руку и пытается ужалить, теперь я отбиваюсь от нее, а за спиной стена, деваться некуда… а она уже близко, мне некуда бежать… и дышать не могу…

– Рита, успокойся! Очнись!

Голос Игоря Васильевича выталкивает меня из ужаса. Я открываю глаза – боже ж мой, так это был сон! Но такой четкий, я даже не поняла, что сплю…

– Тебе просто приснился кошмар.

В теплом свете ночника лицо следователя даже почти человеческое. Словно и не он давеча смотрел на меня взглядом сумасшедшего.

– Может, тебе водички принести?

– Нет, не надо. Игорь, пожалуйста, открой шкаф и посмотри, что лежит на нижней полке.

Панков молча открывает дверцу, в зеркале я вижу себя – в ночной рубашке, с растрепанными волосами и перепуганными глазами. Наверное, он сейчас такой послушный от того, что думает: я в одночасье спятила.

И я не могу его за это осуждать, потому что, по всему видать, действительно-таки спятила.

– А что я ищу?

– Не знаю… Там пеленки Вадика, давнишние гардины, тряпки. Вроде бы все. Ну, что там?

– Как ты и сказала: пеленки, какие-то занавески. А вот…

Он вытаскивает какой-то комок и поднимает на меня взгляд. Я молча смотрю на то, что у него в руках. Это моя кофточка – салатного цвета, в розочках. Вещь уютная, хоть и немного мещанская.

– А я ее искала…

– Рита, блузка вся в крови, и кровь не старая.

– В крови?! Но…

– Наверняка экспертиза покажет, что это кровь Борецкого.

– И ты думаешь, что его убила я?

– Если бы я так думал, ты была бы уже в наручниках. А так я сижу и разговариваю с тобой. Как ты узнала, что она там лежит?

– Я не знала. Эту кофточку я еще две недели назад искала, чуть ли не в мышиные норы заглядывала, но не нашла. Потом решила, что она где-то в шкафу и сама найдется, как не раз бывало.