Массовка

Когда сеансы в Центре стали для Станислава обычным делом, он просмотрел «сны» и с другими женщинами; пятерку на экзамене по математике при поступлении в университет; победы в КВНе и футболе, а затем и сцену насилия из своего детства. Ну просто не смог удержаться!

В соседнем дворе жил паренек, который почему-то выбрал в жертвы Стаса и несколько лет его терроризировал. Паренька звали Боря, он был старше и крупнее. Но где-то в классе девятом, когда Станислав окреп и возмужал, он повалил Борю на землю подножкой, врезал несколько раз по челюсти и, сев на это большое и рыхлое тело, раз пять повторил: «Ну что, сдаешься, тварь?! Сдаешься?! Говори!!!» Тварь выплюнула осколок зуба, всхлипнула и сдалась.

И какая же это была мстительная радость победы, какое садистское удовольствие, какое упоение от унижения заклятого врага!

Станислав Петрович поклялся себе, что больше не будет этот эпизод вспоминать. И, конечно же, клятву нарушил…

Посещал Стас «Вспомнить все» уже полгода. И ощущения становились все менее волнующими.

Хотелось чего-то свежего, неиспытанного, может даже изощренного. В реальной жизни он решил это «свежее» не искать, потому что так было «нечестно». Нечестно по отношению к Анечке. Когда они оба были молоды, Стасик бывало ходил налево. Но и у Анечки, которая была ух как хороша, тоже имелись возможности. Если б она захотела… Но сейчас Аня состарилась, скукожилась, и их возможности были явно неравны. Поэтому Станислав, как порядочный человек, постановил: «грешить и развлекаться буду только в рамках Центра».

А вот Анечка Центр игнорировала. Таких, как она, было немного – ведь как было велико искушение! Но Аня, в отличие от супруга, умела находить радость в простых вещах – из-за туч вышло солнце, в комнате расцвел цветок, подбежала бездомная собака и лизнула руку… По-настоящему радовалась она и хорошему фильму, доброй книге, теплому разговору с подругой, и, конечно, Димкиным успехам. Дмитрий Станиславович, являясь гражданином США, уговаривал родителей переехать к нему, но Станислав Петрович и Анна Сергеевна как-то здесь уже привыкли… Да и Центра в Америке не было.

Стас Анечке завидовал – «почему я так не могу?!», однако взглянуть на мир ее глазами, почувствовать жизнь так, как чувствует она, не пытался. Наоборот, после очередного сеанса Станислав Петрович заявил менеджеру Центра:

– Мне кажется, в плане перспектив вашего бизнеса глупо останавливаться на воспоминаниях.