Массовка

Почувствовав на себе взгляды, он очень быстро навел фотоаппарат на окно квартиры Семенюков. Супруги быстро спрятались за занавеской.

Вскоре во дворе появились дети – мальчик и девочка. Журналист их сфотографировал, а потом стал что-то спрашивать. Но девочка журналиста проигнорировала, а мальчик показал фак.

– Ты же запретила нам разговаривать с незнакомыми дядями, – пояснил свой поступок мальчик, когда зашел в квартиру.

– Да, Петя, ты – молодец, – похвалила сына мама. – Знакомься, Вася, это Петенька и Леночка.

– Надолго? – угрюмо спросил Петя, светленький мальчик лет одиннадцати.

– А он не пьет? – решила узнать Лена, темненькая девочка года на два младше брата.

– Не пьет и не дерется, – успокоила мама. – Правда, Василий?

– Правда, – вздыхая, подтвердил новоявленный папаша.

– Замечательно! Тогда сейчас все ужинаем, а потом учим инструкции: дети – все, что им нужно знать про отца и наоборот.

– Опять что-то учить?! – возмутился Петя. – В школе учить! Дома учить! А где же счастливое детство?!

– Да, где? – поддержала брата Лена.

– Будет вам счастливое детство, – пообещала Катя. – В виде двух новых телефонов. Отец, подтверди.

– Ну, конечно, – сказал Василий.

– Вот видите, ваш новый папа очень щедрый.

– Поговорю с Сорокиным, – продолжил щедрый папа, – думаю, он это дело профинансирует…

Примерно в это же время на станкостроительном заводе состоялось собрание. С краткой речью выступил начальник цеха металлообработки Матвей Дужко.

– Короче, завтра к нам придет новый работник. Зовут его Василий Семенюк. Ну вы о нем уже наслышаны. Он у нас трудится десять лет. Хороший мужик, только нелюдимый. Жена, двое детей. Любит рыбалку, болеет за «Динамо». А главное – мы им гордимся. Все понятно?

– Не совсем, – сказал хитрый рабочий по фамилии Сапрыкин. – Надо бы наше чувство гордости как-то поощрить.

– Премия размером в месячную зарплату, – пообещал начальник цеха.

– Васька! Да я же его с детства знаю! Вот такой мужик! Только не слишком общительный, – Сапрыкин схватывал на лету.

***

Звездный час журналиста Михаила Раевского был далеко позади. За последние три года он не выдал ни одного по-настоящему острого материала. Нет, заголовки были острыми – «Дефолт подкрался незаметно», «Виселица для журналиста», «Мы пробили дно. Куда дальше?». Но это была рефлексия на события в жизни страны, а хотелось громкой сенсации и чтобы его перестали называть сбитым летчиком.