Джонни Оклахома, или Магия крупного калибра

Так что Гржимеку не позавидуешь! Остальным вы тоже приготовили похожие подарки? Только вот сомневаюсь насчёт северного варвара – его вряд ли проймут пьяные вопли.

– Для него есть более действенные способы, сэр.

– И какие же?

– Пусть это останется моим маленьким секретом. Но уверяю вас, господа, что результат приятно удивит всех, кроме самого норвайца. Вот как раз он удивится неприятно.

– Любопытно.

– Надеюсь, что в ближайшие дни ваше любопытство будет удовлетворено, сэр. Просто поверьте на слово.

Иоахим фон Зальца никому на слово не верил с самого раннего детства, поэтому от предложения статс-секретаря поморщился, как от зубной боли. И тут же вспомнил о важной проблеме, обратившись к главному целителю университета:

– Ваши бездельники, господин майор-магистр, ещё не придумали способ избавить человечество от больных зубов? Ладно, пусть не всё человечество, но меня одного можно вылечить?

Декан целительского факультета развёл руками:

– Увы, мой друг, но в этом случае магическое искусство бессильно.

Если бы требовалось отрастить новую руку или ногу… или восстановить отбитые напрочь тестикулы, как недавно у вашего студента шевалье де ла Кошона. Кстати, что за лошадь его так лягнула?

– К сожалению, это не лошадь, – пояснил фон Зальца. – Мой лучший ученик и гордость всего факультета пострадал на дуэли с виконтом Оклендхаймом.

Взгляды участников Совета дружно скрестились на статс-секретаре, и тот, как автор идеи с поединками, почувствовал себя несколько неуютно.

– Позвольте вам объяснить, господа! – Джованни Морган нервно погладил лежащие на конторке листы бумаги. – Провинциалы из Груманта не соблюдают правил благородных дуэлей и пускают в ход любые подлые приёмы.

– А кто предложил отменить эти самые правила, Джованни? – уточнил гросс-магистр. – Ты думаешь, мне легко было убедить Его Императорское Величество пойти на такой шаг? Мы же не степные эльфы, в конце-то концов, и даже в смертельной схватке обязаны придерживаться определённых приличий.

Нет уж, не сваливай на других собственную вину и не оправдывай её грубостью, подлостью и неотёсанностью грумантцев.

– Я приму меры, экселенц!

– И какие?

– Завтра вы всё увидите! Потерпите до завтра, экселенц!

* * *

Когда-то давным-давно, ещё в раннем детстве, маленький мальчик Вова Бородулин отличался завидным терпением. Даже в младенчестве он не орал от голода, а молча дожидался установленного для кормления времени.