Личный колдун президента

«Обманщик» как бы нехотя развернулся в сторону стрелков и пыхнул пламенем из-под коротких крылышек – со стороны казалось, что он лениво пришлёпнул тапком обнаглевших тараканов на кухонном столе. Ракетный залп не оставил полицейским ни единого шанса.

– Факинг шит… – сбитая ударной волной с ног журналистка чуть не выпустила из рук злополучную камеру. – Они же отмороженные на всю голову!

В голосе Аманды звучало восхищение. Кто бы там не сидел в этом долбанном «Обманщике», но они реально крутые перцы! Если останется жива, то сегодня обязательно напьётся за их удачу.

– Мисс? Вы меня слышите, мисс? – выскочивший как чёртик из табакерки типчик с бесцветной физиономией агента ФБР требовательно протянул руку. – Отдайте вашу камеру, мисс.

– А ты кто?

– Называйте меня агент Скалли.

В глубине души Аманда понимала бесперспективность спора с фэбээровцем, но мысль о размере гонорара за эксклюзивный репортаж заглушала голос разума.

– Иди к чёрту, козёл вонючий!

– Отдайте, – повторил агент, и потянулся то ли за значком, то ли за пистолетом.

Журналистка вскинула камеру к плечу:

– Теперь повторите это под запись, мистер. Или включить прямой эфир, чтобы вся Америка увидела, как вы душите свободу слова?

Аманда блефовала, потому что ублюдок Сэм Эггерт укатил на редакционном микроавтобусе вместе с аппаратурой и техниками, лишь чудом ускользнув от огня русского вертолёта. Гадёныш из ФБР видел это, или не видел?

– Я всё равно конфискую вашу камеру, мисс.

– Не отдам! – Аманда изо всех сил ударила тонким каблуком в сияющий лаковый ботинок агента и выкрикнула эмоциональное пожелание. – Чтоб ты сгорел, подонок!

Камера в её руках вдруг самостоятельно навелась на вопящего от боли Скалли, и выбросила из объектива огромную шаровую молнию.

– Ой, мамочки…

Бабахнуло страшно, и взрывная волна больно впечатала журналистку в перевёрнутую машину. Рядом со звучным шлепком упал обгоревший лаковый ботинок с торчащей из него обугленной костью.

А где-то среди надгробий Арлингтонского кладбища появился мерцающий овал, в котором одна за другой исчезали закованные в старинные доспехи крепкие мужские фигуры. Вот последняя обернулась и на прощание показала всему миру неприличный жест. Потом мерцающий овал медленно растаял, и следом за ним растворился в воздухе таинственный русский вертолёт.

– Вы с порядке, мисс? – над Амандой склонился полицейский в изодранной в клочья форме.