Николай Негодник

Уже сразу после обеда, когда истомленные неправедными трудами мастера прилегли отдохнуть и вспомнить насыщенное бурными событиями сегодняшнее утро, сквозь щели забора заблестели островерхие шлемы дружинных воев. Их привел все тот же боярин, на этот раз одетый несмотря на погоду в роскошную шубу, крытую алым бархатом, и высокую бобровую шапку, которую уронил, зацепившись ею о навес калитки.

– Вот они, хватай! – закричал Вечкан, увидев вышедших на крылечко Серегу с Николаем.

Но дружинные явно не торопились, подходили к дому с опаской.

Ведь слышали хорошо, при них боярин князю жаловался, что приютил-де кузнец дьявола у себя. И прозвание тому – Телегентус. А потому так прозвали, что припас мущинский у того дьявола размером с тележное колесо, и остальная справа ему под стать – толстая, длинная да медная. Хочет сей антихрист засеять землю семенем велиаловым, чтобы взросли всходы адовы на погибель князю и всему роду людскому.

Потому и не спешили, за мечи не хватались. Да и с другой стороны глянуть – многие с Серегой еще детишками в голопузом детстве играли.

Нешто он худого человека в дом пустит? Тут с разумением надо…

– Здравы будьте, вои, – приветствовал их волхв. – С чем пожаловали? Нужда в чем, скорбь недужная али просто проведать?

– И тебе здоровья, мастер, – откликнулся седобородый воин. Видимо, десятник, как догадался Николай. – И тебе поздорову, господин Телегентус.

– Кто? – переспросил Шмелёв, набивавший табаком трубку.

Серега вполголоса пояснил:

– Да понимаешь, допытывались о тебе в городе.

Вот я и сказал, что ты тоже кузнец, но сам ничего не делаешь, а только других учить умеешь, потому как интеллигент.

– За интеллигента ответишь… У меня же профессия есть.

– Но нужно было что-то людям говорить?

– Чего стоите, рты разинув? – боярин подталкивал воев в спину. – За шкирку их да в яму!

Десятнику до смерти не хотелось связываться с нечистой силой. Вот он стоит, глазами зыркает, глиняную штуковину грызет да облизывает. Вкусно ему, наверное.

И, похоже, уже разозлился – из ноздрей дым валит. По всему видать – огнем питается. А вдруг и человечиной не побрезгует? Как бы совсем не осерчал, с умом нужно подходить.

– Дело у нас к тебе, мастер, – осторожно начал старшина. – Послал князь узнать, что за грохот нынче сотворился у твоей кузни, куда она подевалась, да заодно проведать, отчего в бане дырка образовалась.

– Баню они адовым удом порушили. Его удом, – Вечкан показал пальцем на Николая.