Гелиос 58. Том 1. Бегство к себе

История со взрывом из сна продолжала прокручиваться в его голове, но теперь шла от конца к началу, словно фильм, который запустили в обратном направлении.

«Очень реалистичный сон, а может это был не сон, а воспоминания? Тогда почему у меня нет других воспоминаний? Почему я не могу вспомнить ничего из своей жизни? Лишь этот сон…» – мысль была очень настойчива и не давала ему покоя, не позволяя сосредоточиться на происходящем вокруг, и вызывала чувство вины за случившееся там.

– Пять, четыре, три, два, один, – мерно оповещала система, – захваты отсоединены, двигатели активированы, точка посадки задана, старт.

Челнок мягко отошёл от металлической стартовой фермы и стал разворачиваться в сторону звезды. Габриэлю было не очень хорошо видно происходящее – он сидел на заднем ряду и всё что мог видеть это, понемногу вползающий в иллюминаторы тёмный силуэт, на котором вспыхивали оранжевые огоньки. Двигатели заработали и челнок стал набирать скорость.

Вскоре тёмная поверхность с огоньками, превратившимися в пятна, заполнила всё пространство иллюминаторов. Челнок сбавил скорость и начал разворачиваться перед процедурой посадки, в иллюминаторах вновь показались звёзды.

– Начинается процедура посадки, – оповестила автоматическая система.

«Раньше в самолётах голоса всегда принадлежали живым людям», – думал Габриэль, – «в них была жизнь и душа. Теперь лишь синтезированный голос, наверное, как и вся наша жизнь – одежда шьётся из синтетических материалов, еда синтезируется либо на фермах, либо в домашнем кухонном синтезаторе, чёрт бы его побрал этот синтезатор», – он попробовал отогнать от себя назойливую мысль о взрыве и о том, что он явился его виновником.

Габриэль повернул голову влево и смотрел на звёзды через иллюминатор челнока.

«Интересно, сколько есть звёзд с планетами похожими на Землю? Мы ведь так много секторов космоса уже обследовали, а находили лишь животную жизнь на планетах и их спутниках.

Может разумная жизнь нас избегает?» – продолжал размышлять Габриэль, глядя на меняющийся рисунок звёздного узора.

Челнок вздрогнул и двигатели стали работать ощутимо шумнее.

– Триста метров, двести, сто, пятьдесят, – отсчитывала система метры до поверхности, – двадцать, десять, пять, три, один, касание.