Гелиос 58. Том 2. Да здравствует сила!

Клянусь! Быть верным идеалам Териса, быть его клинком и защитой! Быть судьёй и опорой! Быть надеждой и целью! Я не предам, не струшу и не оступлюсь в своей поступи! Во мне течёт кровь Мартиана, во мне горит его огонь, во мне бурлит его сила и дух! Я – Мартиан Теримистис!

Солдаты ударили прикладами винтовок два раза и взяли их на плечо.

В арсенале было тихо, не было слышно обычного шума переговаривающихся перед очередным испытанием или тренировкой кадетов. Они были вдвоём – Габриэль и, как его называли за глаза, «амунишник».

У «амунишника», по слухам, бродящим среди кадетов, были полностью заменены на протезы обе руки и левая нога, которые он потерял в битве в системе Дем, но по внешнему виду и по их функциональности, этого нельзя было утверждать с полной уверенностью, а спрашивать у него напрямую никто не решался, зная его суровый и ворчливый нрав.

«Амунишник» провёл сканером по телу Габриэля и перенёс информацию в квантком арсенала и через совсем небольшое время со склада прибыл дрон с подобранными, по снятым с Габриэля меркам, солдатскими доспехами.

– Теперь ты как большой, – усмехнулся «амунишник» и мелькнувший в его глазах блик света, заставил Габриэля задуматься о том, что глаза «амунишника» тоже могли подвергнуться протезированию, – одевайся, я помогу тебе в первый и последний раз.

Габриэль снял, ставший уже ненужным, защитный жилет, на котором остались следы когтей ящера, вылез из ботинок, тактические брюки и рубаху сложил аккуратной стопкой на стол перед окном выдачи амуниции, сопровождаемый при этом кривой ухмылкой «амунишника».

– Да ты красавец, – то ли пошутил, то ли похвалил «амунишник» – ни один из кадетов так и не научился понимать, когда тот говорит серьёзно, – руки-ноги на месте, можно сказать, вернулся без потерь, ха, одна царапина.

– А что бывало и хуже? – поинтересовался Габриэль.

«Амунишник» с прищуром посмотрел на него:

– А ты не задавался вопросом, что это вообще было? Нет, не задавался? Можешь не отвечать, – «амунишник» махнул в его сторону рукой, – сам всё вижу.

Стой ровно.

«Амунишник» помог надеть заднюю часть солдатской кирасы, потом подал переднюю и Габриэль лишь только приложил её к себе, как сработала автоматика и обе части кирасы притянулись, став единым целым. Доспехи для ног и рук тоже автоматически притянулись к кирасе и стали неотъемлемыми её частями.

– А как снимать? – спросил Габриэль.

– А зачем тебе это? – усмехнулся «амунишник», – теперь это с тобой навсегда.