Хроники Януса

Причиной конфликта, как мне рассказывали, были земли на северо-западе недалеко от Вульции, где были обнаружены большие залежи меди. Обе группы, представлявшие интересы состоятельных людей, стремились как можно быстрее договориться с местным муниципием на право разработок. Сами же местные не выказывали никому предпочтения, так как и те, и другие предлагали равные условия. Таким образом, это был лишь вопрос времени – кто раньше доберётся до Вульции, чтобы провести переговоры, у того и будет больше возможности получить прииски.

Я упомянул, что Эмилий Циск представлял одну группу. Другую группу от Тита Папирия Курсора представлял некто Тертулл. Этот Тертулл выехал из Рима раньше на день и поехал по довольно окольному, но лучшему пути, половину которого он проделал по мощённым дорогам. Ибо стоял октябрь и было дождливо. Циск же выехал из Рима на день позже, уже зная, что Тертулл опережает его. Для того чтобы добраться быстрее, он выбрал кратчайший путь через лес и поля. Однако, ни он, ни трое его сопровождающих так и не добрались до Вульции. Спустя пять дней после его исчезновения были организованы поиски, но они ни к чему не привели. В одном месте около дороги был обнаружен обширный обвал земли глубиной до сорока локтей. Местные говорили, что это зловещее место, ибо до того там стоял этрусский некрополь, который землевладельцы перенесли в другое место (а на самом деле просто свалили в кучу урны с прахом, многие из которых при этом оказались разбиты) а саму землю отдали по выпас скота. С той поры там начали случаться разные несчастья. Один раз молния ударила в хозяина поместья, убив его и его сына. Другой раз был падёж скота. И вот, в третий раз случился этот провал земли. Местные думали, что духи этрусков мстят за осквернение некрополя.

Так или иначе, муж Фабии пропал, и их недолгий брак закончился. После полугодового траура Фабия снова вышла замуж. На этот раз её мужем стал едва ли не самый влиятельный человек в Риме.

Род Папириев древний, но не такой знатный.

Тит Папирий из семейства Курсоров был первый, кто взлетел столь высоко. При всех достоинствах, Папириев невозможно сравнивать с Фабиями – одних консулов там было семь со дня основания Рима, не говоря о сенаторах, военачальниках и множестве других чинов, что они получали на службе республике. Фабии очень влиятельны и богаты. Я догадывался о причинах их брака, и не только я. Фабия вряд ли бы охотно согласилась стать женой престарелого сенатора.