Хроники Януса

Могу я просить дать мне некоторое время на принятие решения?

Папирий смотрел на меня и внимательно изучал моё лицо. Наконец понимающе кивнул.

– Риму не нужны тщеславные проходимцы. Я даю тебе неделю. После этого ты скажешь мне свой ответ.

***

Когда мы проводили их, Плиния направилась в свою комнату. Проходя по коридору, она заметила фигуру сидящую на корточках и прижавшуюся к колонне.

Подойдя близко, она с удивлением увидела, что это была Деба. Нубийка вздрагивала.

– Что с тобой, милая?

– Мне нехорошо, госпожа…

– Ты больна?

– Я не больна, просто я кое-что узнала.

– Что ты узнала?

– Это очень нехорошо, что я узнала…я прошу простить мою госпожу…

Она упала на пол без чувств.

– Малла! – закричала Плиния.

***

Моя жена сидела и плела украшения из цветных нитей. Рядом в бронзовой тарелке лежал серебристый бисер. Плиния искусно плела ожерелья и браслеты и, смею утверждать, они были лучше изделий кустарей продающих это на Виа Сакра, у храма Геркулеса или на Талусе, по два асса за штуку.

Моя жена делала это красиво, и делала просто ради удовольствия. Изготовив, она сразу дарила их всем, кого знала. Плетя нити и насаживая бусины, Плиния говорила, что это её успокаивает и приводит мысли в порядок. Помню, когда я вернулся из Египта, где получил ранение, и вошёл в дом, а она вот так же сидела и плела нити. «Когда я останусь вдовой, я смогу этим зарабатывать на хлеб» потом грустно пошутила она. Мне не понравилась её шутка.

Плиния продолжала плести, опустив глаза и перебирая пальцами нити.

Я подошёл и прикоснулся к её подбородку. Она посмотрела на меня и через силу улыбнулась, пытаясь этим показать, что всё хорошо.

– Она опять тебе что-то наговорила? – догадался я.

Плиния вздохнула. Её вздох означал, что Фабия-таки пустила в ход свой язык. Она снова перевела взгляд на нити.

– Зачем он приходил? – спросила она, продолжая плести.

– Мы говорили о некоторых делах. Прости, что оставил тебя наедине с ней.

– Нелегко быть женой советника Капитула.

Я положил руки ей на плечи.

– Женой претора Капитула, – поправил я.

Она прекратила плести и подняла глаза.

– Вопрос утверждения будет формальным. Мое жалование возрастёт в три раза. Претор Луций Капитул будет ходить в тоге с широкой красной каймой в сопровождении шести ликторов, поднимать правую ладонь, приветствуя толпу, вот так… – я вытянул руку и напустил важную мину на лицо, а затем рассмеялся.