Хроники Януса

Так в детской игре принимаются правила игры взрослых; правила суровые и жестокие, гласящие, что победа над другим с помощью силы есть часть природы человека, а убийство – само собой разумеющаяся вещь. В действительности же неокрепший детский ум, сказал Деметрион, не знает что такое настоящая смерть, боль и страдание через пролитие крови: сделай ребёнок такое на самом деле со своим товарищем, или даже врагом настоящим мечом, он бы повредился рассудком. Если нам, продолжил Деметрион, в отличие от варваров с рождения свойственно охранять детей от наблюдения сцен жестокости – например, забоя скота или публичной казни, и если родителя уличат в этом, он будет наказан по закону как оскорбитель нравов, то не более ли странно приучать детей к неизбежности насилия с помощью таких забав?

– Это же просто игра, – возразил на это я.

 – И играя в неё, он «убивает» не друга, а злодея, воображая себя Тесеем, поражающим Минотавра, либо римским воином в битве с врагом. Кроме того, в игре они меняются ролями. И если убийства есть в наших сказаниях или истории, это никуда не выкинешь.

Он кивнул.

– Если цели такой игры благородны и насилие нужно, чтобы предотвратить зло, это одно. Но твоя фраза, Луций, это не ответ на вопрос. Это ответ на ответ.

Я не совсем понял его мысль.

– То, что дети, взрослея, понимают, что мир совсем не тот, о котором они знали из сказок – так оно и есть, – пояснил он. – Тигрица кормит детёныша до времени, затем бросает его, вынуждая добывать самому себе пропитание и убивать других.

Но это следствие, а не причина.

– Причина чего?

– Заблуждения, что природа человека устроена так, что лишь сильнейший достоин уважения. Если же кто-то добивается, используя силу, ещё и власти, это истолковывается что ему покровительствуют боги. – Его взгляд был саркастичным.

– Но разве не так было устроено от начала мира? Разве не боги пожелали, чтобы у людей выявился сильный: человек, племя, народ? А когда такие появились, боги оказывали им благоволение по праву сильного… до той поры, пока не появится сильнейший.

И так бесконечное число раз. Боги желают постоянного соперничества между людьми. Таков был их замысел.

– Это не их замысел. Их замысел был в том, чтобы создать нас. Но не их замысел заставить нас состязаться друг с другом и, тем более, убивать ради того, чтобы выявился сильнейший. Боги не желают войн. Думаю, они вообще ничего не желают. Всё мифы о богах придуманы людьми. – Грек усмехнулся.