Найти свой остров

Ухабистые улицы, мордатые коты, сидящие на столбиках ворот, припорошенные снегом, бредущие по пузо в сугробах по своим, лишь им одним ведомым, кошачьим надобностям, их здесь отчего-то великое множество – рыжих, серых, черных, пятнистых, – и сразу видно, что чувствуют они себя хозяевами. Красный Маяк – котопросветленный город, и это понравилось ему отчего-то с ходу.

– Ишь ты, какая прорва котяр! – Петя весело хихикает. – Это ж надо! Просто выставка целая!

– Да, необычно. – Матвеев с удовольствием рассматривает симпатичные хищные морды.

 – Видимо, живут здесь люди приятные и добродушные. Я вот что по жизни заметил: люди, не любящие кошек, на поверку оказываются теми еще гадами. Ну вот хотите верьте, хотите нет – а это так.

– Если подумать, то оно и правда. – Петя озадаченно чешет макушку. – Был у нас в доме старикашка один, кошек дворовых гонял, ненавидел люто. И все один, ни к нему никто, ни он никуда. А потом оказалось, что была у него семья, дети были, внуки – а только шарахались они от него как от чумы – он их изводил по-всякому, пока не ушли от него, и жена его бросила: как дети выросли, у сына поселилась.

И ладно бы по пьяной лавочке он это делал, так нет же, на трезвую голову – говорят, всякие пакости измышлял, чтоб детям и жене боль причинить. Я не знаю, зачем ему это было нужно, но вот кошек он ненавидел страшно, факт. И еще можно вспомнить…

– Все, приехали. – Витя паркует машину на стоянке. – Тут всего-то одна площадь, видать, на ней вся здешняя цивилизация.

– Ну так выйдем и познакомимся с обитателями этой планеты.

 – Матвеев, посмеиваясь, выбрался из машины. – А морозец-то, пожалуй, нешуточный, да и снег валит обстоятельно. А это только ноябрь…

Он огляделся по сторонам – занесенный снегом Красный Маяк выглядел достаточно убого. Это был один из тех городков, которые выстраивались вокруг какого-нибудь предприятия. И трубы завода виднелись – значит, все правильно, и он еще работает, раз городок этот жив и коты в нем благоденствуют.

Витя припарковал внедорожник на небольшой стоянке, неожиданно забитой машинами.

Присмотревшись к номерам, Матвеев понял, что не ему одному пришла в голову мысль переждать дорожную пробку в Красном Маяке – машины были с номерами из разных мест. И снова Матвееву подумалось: сколько людей едут отовсюду по разным делам, а дорога одна на всех, и этот городишко теперь тоже один на всех.

Площадь оказалась просторной, посреди нее был круг, на котором росли три огромные ели – сорок ярусов насчитал Матвеев.