Шёпот

Что за броня такая?

Фигуры в чёрном не промахиваются, каждый зелёный снаряд оплетает очередную жертву. И это не смотря на то, что по противникам беспрестанно колотят пули, заставляя пятиться и содрогаться.

Я плавно вдавил гашетку. Шёёёп. Тугоплавкая бронебойная болванка не срикошетила от балахона, но и не пробила его. Фигуру в чёрном просто протянуло по полу и шмякнуло о противоположную стену зала. Шёёёп. Следом улетел второй балахон. Сила удара такова, что ребята в чёрном даже не смогли удержать своё оружие в руках, оно упало на пол там где они стояли перед полётом.

От удара о стену чёрных вырубило, а может и все кости переломало.

Воцарилась тишина. Во всём зале на ногах только мы – трое сержантов. Всюду торчат иглы. Половина зала залеплена зелёной слизью, она быстро твердеет становясь похожей на резину. Слабо шевельнулась одна из фигур в балахонах. Никто из новобранцев не подаёт признаков жизни, парни заклеены в коконы. Трогать «сопливую» фигню никто из нас не спешит. А ну как тоже прилипнем?

Первым опомнился Коллинз.

Задёргался, безуспешно пытаясь высвободить ноги.

– Вытаскивайте меня, вашу мать! Быстрее!

– Разбежались, – хмыкнул Жаб внимательно контролируя периметр, на случай если остались живые противники, и знаком показал мне осмотреть выходы. – Не трясись. В данный момент опасности для тебя нет. Потрогай пока эту жижу ножом.

Старшина ещё пару раз рванулся, натужно взвыли усилители костюма, но сдвинуть владельца с места не смогли. Коллинз вытащил старенький вибронож, осторожно потыкал слизь.

Она выглядит затвердевшей и не прилипла к лезвию.

Мы с Жабом разошлись. Он проверяет операторов кроссовера, лежащих лицами вниз на своих терминалах залитых кровью. Я пытаюсь заглядывать в смежные комнаты, но почти все двери заварены. Лишь одна подалась на удар ногой, за ней оказался длинный коридор заканчивающийся главным выходом наружу и заваленный разным хламом.

Вибронож Коллинза с перебоями загудел, позванивая рукоятью о стальную перчатку хозяина, это сбитая регулировка даёт о себе знать.

Однако, со своей задачей клинок справился отлично, легко разрезал застывшую «зелёнку» на куски. А вот полностью отчистить ноги от слизи, у Коллинза не получилось. Пакость въелась в поножи намертво и теперь старшина словно обут в зелёные сапожки.

– Прикольная обувка, нигер, – усмехнулся я.

– Иди ты, – фыркнул Коллинз и направился к распластавшимся у стены балахонам, один собирался подняться на четвереньки. – У сука.