Жнец

Вампир задрал голову и просто вылил своё вино себе в глотку, наконец найдя оптимальный способ питья, затем откинулся на спинку кресла и стал рассказывать. Голос его зазвучал намного дружелюбнее, чем был за всю беседу.

Однажды, открыв глаза, я ничего не увидел. Затем понял, что имею знание о том, что могу видеть, но не имею знаний о том, что именно я могу видеть. Кажется, я немного закрутил, да? Ладно… Очнулся в полной темноте, совершенно ничего не помня. Вытянув руки, обнаружил, что лежу в замкнутом пространстве, напоминающем ящик.

Напрягся и попытался сдвинуть крышку, получилось. Она была жутко тяжелая, эта крышка, вырезанная из тёмного камня. Это был гроб, вернее саркофаг. Он стоял посреди огромного круглого зала куполом уходящего в темноту. Факелы приделанные к стенам на высоте человеческого роста практически догорали. Их умирающий свет не достигал вершины купола.

Ещё там были они… Тринадцать одинаковых саркофагов из чёрного мрамора, расположенных по окружности вокруг невысокого постамента в центре.

На постаменте испещренном множеством витиеватых символов, как демон ночи возвышался незнакомец. Тогда он казался мне воплощением могучей силы и безраздельной власти. Я был напуган, точнее мы все были напуганы, все тринадцать мертвецов одновременно вылезающих из своих мраморных утроб. Конечно же, мы не знали что мертвы, да мы вообще ничего не знали, и это делало двухметровую фигуру с мышцами атлета стоящую в позе уверенного в своих силах воина – Богом. Богом, по крайней мере, для нас ничтожных. В последствии Каин всегда старался поддерживать в нас непоколебимую уверенность в своём превосходстве над нами. Мы не могли ему не верить, поскольку не представляли, что может быть иначе. Мы были только слугами призванными для служения и почитания. Владыка не стремился безраздельно властвовать над нами предоставляя определённые свободы и поощрения, но наказания за неугодные поступки были страшны. По крайней мере, по началу. Это потом я понял, что отсечённая рука отрастёт снова, а выбитый глаз через несколько недель снова станет видеть. В начале же было просто жутко, я уж молчу про то, как это мучительно болезненно. Каждому было дано новое имя в соответствии с умениями или качествами. Моё мне досталось за тягу к составлению различных зелий и интерес к наукам сопутствующим этому.

Мы стали Апостолами. Так нас называли те немногие, кто выживал после знакомства с нашей силой. Хотя это было много позже. В начале же было обучение.