Кукушка на суку. Акт второй

– Понятия не имею? – пожал я плечами и одел фонарик на голову.

Источник света был светодиодным, поэтому направленный луч бил на большое расстояние. При спуске джипа вниз я не видел ничего интересного – задняя часть автомобиля не давала реальной картинки спуска. Внизу на некоторое время машина Жандара вообще пропала из виду – там было совершенно темно и далеко от нас. Зато, когда джип стал карабкаться вверх, фонарь, наконец, стал оправдывать своё предназначение. Было хорошо видно, как, натужно воя двигателем на самой низкой передаче полного привода, машина медленно и упорно взбиралась вверх.

Время от времени из-под колёс выплёскивались брызги маленьких и не очень маленьких камней.

– Красиво ползёт, – прошептала моя молодая «подруга».

– Угу, – согласно кивнула Сухарецкая. – Ужас какой-то, даже сердце замирает – такой отвесный склон. Шумахер!

В это время машина упёрлась колесом в большой камень и встала – не смогла преодолеть препону. Саня газанул раз, два, три.

На четвёртый раз, выбросив из-под колёс самый большой веер камней, джип всё же взобрался на препятствие. Но тут произошло непредвиденное. Одновременно с колесом, взгромоздившимся на камне, второе переднее колесо буксануло, вырыв небольшую ямку. Этого оказалось достаточно, чтобы джип потерял равновесие. На какое-то мгновение он замер, стоя на колёсах водительской стороны, но уже в следующий момент резко повалился на бок и со страшным грохотом закувыркался по склону, ища остановку на дне ущелья.

– Господи! – Марина резко зажала руками рот.

– Это что? – испуганно вытаращила глаза Виола. – Нас уже начали снимать?

«Она всё же дура», – мелькнуло в голове. Но я ничего не сказал и бегом бросился вниз. Как джип умудрился спуститься – это для меня осталось неразрешимой загадкой. Здесь любой человек запросто мог себе голову сломать – слишком большой градус уклона. Преодолев небольшое расстояние, я услышал, что следом за мной следуют и мои попутчицы.

Камни из-под их ног летели вниз, опережая меня. Я замер, заорав:

– Стойте! Стойте на месте! Вы угробите меня или разобьётесь сами!

Повернув голову назад, я увидел в свете фонаря взволнованные лица женщин. Они остановились, как вкопанные.

– Я посвечу вам снизу и скажу, когда можно будет спуститься, – прокричал я и двинулся вниз.

Перевёрнутая на крышу машина покоилась на самом дне каньона. Мотор продолжал работать.