Ратибор и Ода. Вторая книга

– Тора, я не поняла? Ты за кого болеешь? Ты против брата болеешь?

– С чего ты взяла? Я не болею против брата. Я болею за Вальдира. Как он сегодня дрался! Ты видела?

– Нет. А что? Должна?

– Как? Ты не видела, как он одерживал свои победы? Да он здесь лучше всех! Как он мне нравится!

– Угу. Сейчас Хрёрек порвёт его толстые кожаные штаны на лоскуты!

Но в этот самый момент, каким-то непонятным трюком, херсир выбил меч из рук соперника.

– Вот ведь! – только и вырвалось из уст Адель.

Тора хлопала в ладоши и смеялась от радости:

– Он натянул свои штаны на голову моего брата, – съязвила она.

Ода привстала, наклонилась вперёд и посмотрела в сторону Сольвейг. Та стояла, прижав ладони к лицу. Вся её поза и мимика говорили о страшном огорчении. Дочь конунга недовольно повела головой и прошептала себе под нос: «Отослать бы тебя куда-нибудь в самую глушь, чтобы под ногами не вертелась».

В это время к трибуне, где сидела Адель, со стороны поля подошёл приготовившийся к финальному бою Хельги и громко крикнул:

– Ода, кинжал будет твой!

Но девушка развернулась к нему спиной и пошла на выход.

Отец спросил:

– Ты куда? Тебе не интересно?

– Я домой. У меня голова болит.

И она удалилась.

Соперники подтвердили клятву чести и сошлись. Бились долго и упорно, можно сказать – самозабвенно. Хельги был достойным противником. Его сила, опыт и особые приёмы, секрет которых он никому не открывал, поначалу дали ему достаточно большое преимущество. Он вёл в счёте 9:6 и все уже решили, что они знают имя победителя.

Но херсиру очень уж самому хотелось подарить призовой кинжал Оде, чтобы таким образом найти причину для знакомства. И он не сдавался до последнего. Яростной атакой он заставил Хельги открыться и нанёс сразу три удара, изрядно помяв его нагрудный панцирь. Далее они долго и осторожно обменивались безрезультатными выпадами, пока херсир не исхитрился и вновь неожиданно поставил ярла в неудобную позицию, позволившую пропустить два разящих удара подряд. Вроде ни у кого не было сомнений, что победил Вальдир. Но Хельги стал активно протестовать, доказывая, что при счете 8:6 он нанёс два удара по панцирю, а не один, который засчитали судьи. Он был взбешён. И это ещё слабо сказано!

– Вот смотрите, – нападал на судей ярл, указывая на свой панцирь, который он держал уже в руках, – у меня на броне одиннадцать ударов. Всё правильно, я их пропустил. Но пять из них были мне нанесены уже после того, как счёт стал 10:6.