Новая Зона. Критерий страха

– Системы жизнеобеспечения и вентиляции работают штатно. Медотсек санирован и опечатан, – это был доклад врача.

– Земля, докладывает командир корабля. Все системы штатно. Готовы к прыжку. Корабль доставки отстыкован.

– «КС-6», прыжок разрешаем, – ответила Земля.

– Надеть скафандры высшей защиты, приготовиться к прыжку.

Системы высшей защиты называли по традиции скафандрами. А в реальности это были сложные конструкции, центром которых было кресло космонавта, и снаружи его заключали в титаново-ситалловую сферу, которая по команде командира мгновенно превращала каждый ложемент в непробиваемую автономную капсулу.

– Приготовиться к прыжку! Бортинженер, привести системы в готовность. – Голос командира стал жестким.

– Вывожу реактор на рабочую мощность, – глубоко вдохнув, чтобы унять волнение, доложил Малахов свой первый шаг.

На кокпите командира растущей красной полоской на дисплее отобразилось увеличение мощности термоядерного реактора в несколько раз.

– Запускаю гамма-лазер, – продолжил Андрей.

Длинный ондулятор, устройство, которое должно было через несколько мгновений заставить моноэнергетический пучок электронов заметаться, отдавая гамма-кванты на пирамидку, загудел на низких частотах. И хоть до него от кокпита было далеко, Малахов то ли чувствовал, то ли и вправду услышал этот гул.

– Разрешите запуск движителя?

– Разрешаю, – как-то обыденно ответил командир.

– Последовательность импульсов задана.

Члены экипажа «КС-6» были первыми людьми, проникающими сквозь подпространственный коридор. Эксперименты с животными проходили успешно, но как отреагирует человеческий мозг на этот полет, не знал никто. Высказывались теории, что в мозгу может нарушиться нейронная связь, но собаки, совершившие перескок на третьей станции, прекрасно сохранили свою память, по возвращению встретив людей радостным вилянием хвостов. И все-таки тревога трепыхалась в душе у каждого космонавта миссии «КС-6».

Рентгеновский пучок такой мощности, что испарил бы не только живое существо, но и любой металл, ринулся к пирамидке, с которой была снята стальная защита. В гигантских иллюминаторах капитанского мостика отразилось темно-лиловое свечение, которое возникло посреди тора, там, где располагался движитель.

– Наблюдаю рост гравитации в районе движителя, – пришло сообщение от штурмана.

– Нормально. До скачка.