Новая Зона. Критерий страха

Но рассмотреть, что же скрывалось внутри корабля, было невозможно даже сейчас. Словно на месте открывшегося люка кто-то повесил черную штору.

– Просканируй по всем диапазонам, что там внутри, – приказал командир.

– Сканировал уже, – недовольно ответил Степанов. – Них… ничего не видно. Как будто вход туда закрыт сверхпоглощающим материалом. Чёрное тело какое-то, притом абсолютное.

– Ну что, попробуем сесть? – раздался голос Тимофеича. – Иначе мы так и будем круги наворачивать, хлеб-соль ждать.

– Ребята, попробуйте начать сближение, только как можно медленней, чтобы, не дай бог, не напугать наших гостей.

– Да мы сами скорее тут гости, – ответил пилот и добавил уже официально: – Приступаю к сближению.

Вход в корабль стал медленно приближаться, настолько плавно, что Андрею казалось, что это не катер движется, а просто работает зум носовой камеры наблюдения.

– Опасности не вижу никакой, разрешите сесть на открытый люк.

Челнок был уже в нескольких сантиметрах от превратившегося в посадочную площадку входного портала.

– Решение за вами, если нет опасности – садитесь, – ответил Протасавицкий. – Удачи.

Изображение, которое до сих пор менялось плавно, на секунду дрогнуло – это просто катер коснулся посадочной площадки и резко остановился.

– Есть контакт, никакой активности или изменений не наблюдаю, – поступил доклад.

– Сколько от вас до этой самой чёртовой ширмы?

– Метра три.

– Зонд с камерой может выдвинуться на пять метров. Приступайте к исследованию. – Протасавицкий не спешил пускать людей на борт чужака.

Изображение с зонд-камеры командир вывел на главный экран, чтобы Андрей и Катя, которая не выдержала и тоже поднялась на мостик, могли видеть происходящее.

Чернота, неземная и тревожащаяся, приближалась, и вот уже объектив камеры коснулся непроницаемой пелены. И тут произошло нечто совсем неожиданное. Камера, пройдя черную пелену, оказалась по ту сторону, и… там был обычный земной пейзаж.

От самого входа в корабль вдаль уходила ложбина, поросшая мелким ельником и чахлыми лиственными деревьями.

Далеко за деревьями стояли городские многоэтажки. Дома даже с такого расстояния выглядели нежилыми. Черные провалы окон, обрушившиеся балконы. Местами вьющиеся растения достигли окон и пробрались внутрь брошенных квартир.

– Это Припять, – прошептал Малахов.

– Какая на… Припять?! – взревел командир.

– Вот там колесо обозрения… Я знаю эти места, – бесстрастно произнес Андрей. – Это Первоначальная Зона.